Беспомощное состояние

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего — Серкова П.П.,

членов Президиума — Давыдова В.А., Магомедова М.М., Нечаева В.И., Петроченкова А.Я., Соловьева В.Н., Тимошина Н.В., Хомчика В.В.,

при секретаре Кепель С.В.

рассмотрел уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. на приговор Красноярского краевого суда от 6 февраля 1998 года, по которому

Подлужный А.В., …, судимый 2 июня 1993 года по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР к 5 годам лишения свободы, на основании постановления Государственной Думы от 19 апреля 1995 года об объявлении амнистии в связи с «50-летием Победы в Великой Отечественной войне» оставшийся срок в виде 2 лет 10 месяцев 15 дней сокращен на 1/3 часть, то есть на 1 год 11 месяцев, освобождён 19 марта 1997 года по отбытии наказания,

осуждён по п.п. «в», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 18 годам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 58 УК РФ отбывание Подлужным первых 5 лет назначено в тюрьме, а остального срока — в исправительной колонии строгого режима.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 апреля 1998 года приговор оставлен без изменения.

В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. поставлен вопрос об изменении судебных решений в отношении Подлужного.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Сидоренко Ю.И., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание состоявшихся судебных решений, мотивы надзорного представления и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление заместителя Генерального прокурора Кехлерова С.Г., объяснения адвоката Арутюновой И.В., Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил:

Подлужный признан виновным в совершении преступления при следующих обстоятельствах.

После освобождения из мест лишения свободы Подлужный стал проживать у отчима — С. … В квартире … этого же дома проживал его брат — С., которому не нравился образ жизни Подлужного, и они ссорились на этой почве.

31 мая 1997 года, в период с 21 до 23 часов 50 минут, Подлужный вместе с М., А. и Л. распивал спиртное в квартире …, принадлежащей супругам Л. Около 24 часов М. и А. ушли, а Подлужный пришёл в квартиру … в которой находились С. и Н. С. стал говорить Подлужному, чтобы тот перестал выпивать, трудоустроился и не приходил к нему домой в нетрезвом состоянии.

Во время ссоры с С. Подлужный со словами «Ты хочешь, чтобы я сел, ты хочешь трупа» взял кухонный нож, зашёл в квартиру … и нанёс спавшему Л. несколько ударов ножом в область шеи и плеча, а затем вернулся в квартиру к С.

От полученных ранений потерпевший Л. скончался.

В надзорном представлении заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. поставлен вопрос об исключении из осуждения Подлужного за убийство п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, о признании явки с повинной Подлужного смягчающим обстоятельством и смягчении ему наказания.

Рассмотрев уголовное дело по надзорному представлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г., Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит судебные решения подлежащими изменению на основании ч. 1 ст. 409, п. 3 ч. 1 ст. 379, п. 1 ст. 382 УПК РФ ввиду неправильного применения уголовного закона.

Квалифицируя действия осуждённого по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, суд исходил из того, что во время совершения преступления потерпевший Л. находился в беспомощном состоянии — спал, будучи в тяжёлой степени опьянения.

Однако по смыслу закона по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, не способному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство.

Между тем сон является жизненно необходимым и физиологически обусловленным состоянием человека и не может расцениваться как беспомощное состояние в том понимании, которое придаётся ему уголовным законом, как и состояние алкогольного опьянения, в котором находился потерпевший.

В материалах уголовного дела имеется протокол явки с повинной, названной Подлужным чистосердечным признанием, составленной им до задержания, в которой он изложил обстоятельства совершённого преступления (л.д. 66).

При таких обстоятельствах следует признать, что имело место добровольное сообщение о совершенном преступлении.

Суд в приговоре сослался на явку с повинной Подлужного как на доказательство его виновности.

Однако, установив наличие явки с повинной, суд не признал её обстоятельством, смягчающим наказание, и не высказал каких-либо суждений относительно такой возможности.

При наличии таких данных явку с повинной следует признать смягчающим обстоятельством.

С учётом изложенного назначенное Подлужному наказание подлежит смягчению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 407, п. 6 ч. 1 ст. 408 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил:

1. Надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г. удовлетворить.

2. Приговор Красноярского краевого суда от 6 февраля 1998 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 апреля 1998 года в отношении Подлужного А.В. изменить, исключить его осуждение по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, смягчить наказание по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ до 17 лет 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием первых 5 лет в тюрьме, а остального срока — в исправительной колонии строгого режима.

В остальном судебные решения в отношении Подлужного А.В. оставить без изменения.

Председательствующий Серков П.П.

ВЕСТНИК

Казанского юридического института МВД России

№ 3(25)2016

УДК 343.214

И. Р. Шикула

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОНЯТИЯ «БЕСПОМОЩНОЕ СОСТОЯНИЕ» В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ

В статье раскрывается понятие «беспомощное состояние потерпевшего», анализируются особенности уголовно-правовой оценки беспомощного состояния потерпевшего, проблемные вопросы квалификации общественно-опасных деяний в отношении лиц, находящихся в беспомощном состоянии.

Ключевые слова: потерпевший, беспомощный, защита, преступление, малолетние, престарелые, экспертиза.

В связи с высоким уровнем преступности в стране актуализируется необходимость всесторонней защиты прав и интересов потерпевших. По данным ГИАЦ МВД России, ежегодно совершается около 2 млн преступлений и, соответственно, около 1,5 млн. физических и юридических лиц оказываются потерпевшими (2008 г. — 2340375, 2009 г. — 2241710, 2010 г. — 2062937, 2011 г. — 1924192, 2012 г. — 1895970, 2013 г. -1822767, 2014 г. — 1819811), материальный ущерб, нанесенный потерпевшим в 2015 г., составил около 550 млрд рублей, что свидетельствует о сложной криминогенной обстановке, наличии в российском обществе тревожной тенденции, которая выражается в высоком уровне жестокости, незащищенности человека от преступного насилия.

Обеспечение эффективной защиты всего комплекса прав потерпевших от преступлений является важной задачей государства. Гарантии прав потерпевших должны быть незыблемыми, особенно в тех случаях, когда в силу своей беспомощности они не могут самостоятельно осуществлять свои права и юридические обязанности. Это самые уязвимые в социальном отношении граждане, к которым относятся лица, страдающие физическими или психическими недостатками, какими-либо соматическими заболеваниями, а также малолетние и престарелые.

Однако жизнь показывает, что в отношении беспомощного потерпевшего может быть совершено практиче ски любое предусмотренное уголовным законодательством преступление, которое посягает на жизнь, здоровье, достоинство личности, на личную собственность граждан, а также преступления против общественного порядка и военной службы,

при этом научно-технический прогресс и развитие общественных отношений, катаклизмы, потрясающие нашу страну, вызывают к жизни новые, ранее не практиковавшиеся формы преступных проявлений, связанных с умышленным приведением жертвы преступления в беспомощное состояние либо с использованием уже существующего беспомощного состояния потерпевшего.

В условиях падения уровня жизни в стране участились случаи избавления криминальным путем от беспомощных членов семьи преступное завладение имуществом беспомощных лиц. Понятие беспомощности потерпевшего давно перешагнуло рамки некоего элемента в контексте отдельных составов преступлений, приобрело глобальный характер затрагивает не только материальное, но и процессуальное право. Несмотря на то, что защита прав и свобод потерпевших является одной из основных несущих конструкций правового государства, многие механизмы, обеспечивающие эффективную защиту прав беспомощных потерпевших, действуют неудовлетворительно, что обоснованно порождает у последних чувство безысходности и недоверия правоохранительным органам. К тому же, многие положения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, касающиеся защиты жертв преступления, носят декларативный характер и не применяются на практике.

В юридической науке отсутствует четкое и однозначное понятие «беспомощное состояние потерпевшего», имеющее уголовно-правовое и криминологическое значение, не определены критерии его оценки; не в полной мере разработаны конкретные рекомендации по квалификации преступлений, совершаемых в отношении беспомощных потерпев-

Шикула Ильмира Рифкатьевна, кандидат юридических наук, доцент, ведущий научный сотрудник ФГКУ «ВНИИ МВД России», e-mail: ila.vnii@mail.ru © Шикула И.Р., 2016 Статья получена 16.11.2015

ших, которые могут оказать существенную помощь сотрудникам правоохранительных органов при расследовании данной категории дел, слабо изучены психологические особенности беспомощных потерпевших, не до конца раскрыт механизм влияния различных сенсорных и умственных дефектов на поведение потерпевшего; не в полной мере исследовалась проблема виктимности беспомощных потерпевших как криминогенного фактора, влияющего на повышение степени общественной опасности преступных посягательств, а без составления виктимологической характеристики насильственных преступлений в отношении беспомощных лиц невозможно ожидать определенного успеха в области криминологической профилактики данных преступных посягательств.

На практике нередко возникают проблемы, связанные с квалификацией преступлений, совершенных в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, т.к. «беспомощное состояние» относится к категории оценочных признаков и не получило однозначного толкования в документах высшего судебного органа.

Одним из основных изъянов любого закона, в частности уголовного, является смысловая и терминологическая полисемия термина.

К примерам такого рода следует отнести, в частности, признак «беспомощное состояние», который неоднозначно трактуется в теории отечественного уголовного права и практике использования его отдельных положений и статей. Подобное, прежде всего, относится к так называемым оценочным понятиям, которыми, по нашему мнению, так безосновательно богат существующий УК РФ.

В соответствии с исследованиями, проведенными Е.В. Кобзевой, нормы 56,44% статей УК РФ 1996 года имеют оценочные признаки . Из всего числа опрошенных нами сотрудников правоохранительной сферы (301 человек) 45,5% судей, 4,0% прокурорских работников, 19,8% адвокатов и 30,6% следователей сказали, что «беспомощное состояние» — это оценочная категория. На вопрос о том, необходимо ли официальное толкование понятия «беспомощное состояние» как оценочной категории, все респонденты дали утвердительный ответ.

Давая определение понятию беспомощное состояние, большая часть авторов, которые посвятили свои научные труды решению данного вопроса, раскрывает ее суть только посредством указания на категории людей, которые могут находиться в беспомощном состоянии, а именно: малолетних, пожилых, тяжелобольных, а также лиц, имеющих психические расстройства.

Впрочем, на этом солидарность авторов и заканчивается, хотя этот список находящихся в беспомощном состоянии у разных авторов включает от одного до двух, трех и более.

Так как у каждого автора названный список имеет открытый, а довольно часто еще и произвольный характер, то определения беспомощного состояния чаще всего обосновываются по известному народному изречению: «Сколько юристов, столько и мнений».

В связи с этим невозможно не согласиться с утверждением Плаксиной Т.А , которая заметила, что «беспомощное состояние не стоит превращать в безразмерную категорию и подменять неспособность индивида активно сопротивляться неспособностью эффективно сопротивляться, что в конкретном случае могло бы предупредить смерть пострадавшего».

Самую оживленную дискуссию среди ученых вызывает установление категории лиц, которые в момент их убийства могут быть признанными находящимися в беспомощном состоянии, и, прежде всего, лиц, которые находятся в бессознательном состоянии, например, в состоянии сна или в состоянии сильного опьянения.

Так, например, А.И. Игнатов и Ю.А. Красиков относят к беспомощному состоянию малолетний возраст, физические изъяны, расстройство душевной деятельности, прочие болезненные или бессознательное состояния.

Н.К. Семернева к беспомощным потерпевшим относит пострадавших, которые не осознают происходящее по причине малолетства, нахождения в состоянии глубокого сна, сильного опьянения, обморока .

К лицам, находящимся в беспомощном состоянии, Л.В. Иногамова — Хегай, относит тяжелобольных и пожилых, малолетних детей, лиц, которые страдают психическими расстройствами, вследствие которых они лишены способности адекватно воспринимать действительность, а также лиц, которые находятся в состоянии сильного алкогольного опьянения, под влиянием наркотических препаратов или психотропных средств, в состоянии обморока, сна, гипноза и пр..

В судебной практике беспомощное состояние расценивается как неспособность лица в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая преступное посягательство, осознает это обстоятельство (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 (ред. от 03.03.2015) «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)».

К иным лицам, находящимся в беспомощном

ВЕСТНИК

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Казанского юридического института МВД России

№ 3(25)2016

состоянии, судебная практика также относит тяжелобольных, престарелых, лиц, страдающих психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Это положение вышеуказанного постановления представляется нам очень важным, потому что обязанность осознания беспомощного состояния лежит не на потерпевшем, а на лице, совершающем преступное деяние.

По справедливому замечанию А. Е. Меркушо-ва , в основании квалификации по п «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ лежит не осознание потерпевшим опасности для жизни действий виновного, а осознание виновным факта того, что потерпевший находится в беспомощном состоянии. Не много ли чести для убийцы, чтобы перекладывать бремя сознания о наличии беспомощного состояния жертвы с его плеч на плечи потерпевшего, который зачастую лишен возможности как-либо реагировать на происходящее не по своей воле.

В противном случае большое число потерпевших при наличии у них беспомощного состояния: младенцы, старчески немощные люди, люди, страдающие психическим расстройством или находящиеся в силу ряда причин в бессознательном состоянии, состоянии сильной степени опьянения, спящие и т.п. — остаются беспомощными не только перед убийцей, но и перед уголовным законом.

Э. А. Саркисова тяжелое заболевание, невменяемость либо иное состояние (в частности, сон, алкогольное или наркотическое опьянение сильной степени) относит к числу факторов, создающих беспомощное состояние при убийстве .

Разделяя последние две точки зрения, все же считаем необходимым заметить, что череду авторских интерпретаций понятия беспомощного состояния вообще и применительно к составу убийства можно продолжать сколь угодно долго, но уже из того, что было нами проиллюстрировано, можно убедиться, насколько широк диапазон оценок, насколько разительны по своей сути подходы к решению анализируемой нами проблемы.

На доктринальную и правоприменительную оценку беспомощного состояния как квалифицирующего признака состава убийства вольно или невольно, но достаточно сильное влияние оказывало (кстати, оказывает и в настоящее время), во-первых, официальное и неофициальное толкование особой жестокости, которая в период действия УК РСФСР 1960г. охватывала своим содержанием и беспомощное состояние убитого; во-вторых, официальная трактовка беспомощного состояния применительно к составам сексуальной агрессии и, в частности, к составу изнасилования.

Дифференцируя индивидуальные особенности

человека (в том числе и психические), влияющие на степень переживаемых им страданий и используемые при учете меры переносимых страданий, Т.Будякова, прежде всего, называет болезнь, наличие увечья, преклонный возраст и другие подобные признаки, отражающие параметры беспомощности человека, наличие которых всегда усиливает нравственные или физические страдания, и в силу этого они, безусловно, должны учитываться при любых обстоятельствах .

В ряде уголовно-правовых источников как вариантность беспомощности также указывается на «бессознательное состояние»: в частности, об этом упоминается в Артикулах Петра I и Уголовном кодексе Японии. Бессознательное состояние в контексте, например, УК Голландии обоснованно не отождествляется с умственным недостатком или душевной болезнью потерпевшего, в силу которых он не способен или недостаточно способен проявить либо выразить свою волю по данному вопросу либо оказать сопротивление.

Беспомощное и бессознательное состояния не являются синонимами. Беспомощное состояние потерпевшего есть тогда, когда он может (физическая беспомощность) или не может (психическая беспомощность) сознавать окружающую его действительность, но в силу своего физического или психического состояния не может предотвратить грозящую его жизни опасность. Бессознательное состояние — это такое состояние человека, когда его сознание и воля зачастую на короткое время, но полностью блокированы психофизиологическими процессами и потому он не может предпринять меры к самосохранению при посягательстве на его жизнь.

Бессознательное состояние может быть в случаях сна, обморока, наркоза, сильной степени алкогольного либо наркотического опьянения, гипнотического безволия, шока, вызванного травмой, и тому подобных состояний. Причиной, вызывающей бессознательное состояние, могут выступать различные экстремальные ситуации, нередко спровоцированные виновным.

З. Фрейд понимал под бессознательным состоянием наличие прямых связей между неврастеническими симптомами и воспоминаниями травматического характера, которые не осознаются из-за действия особого защитного механизма вытеснения . В плане изложенного вполне обоснованно говорить о бессознательном состоянии как об одном из вариантов беспомощности человека.

Мы разделяем данную позицию в силу следующих причин. Прежде всего, как верно замечает А. Н. Попов, не осознание «опасности в момент посягательства и бессознательное состояние — это

не одно и то же» .

Бессознательное состояние человека, в какой бы форме не проявило себя и вне зависимости от того, что именно лежало в основе его возникновения, и какой бы временной промежуток оно ни длилось, полностью лишает его возможности выразить свою волю, а тем более предпринять меры к самосохранению, если в данный период на его жизнь (при убийстве) происходит преступное посягательство.

Как мы убедились, мнения учёных и практических работников различны и в вопросах видовых проявлений беспомощности, и по поводу определения понятия «беспомощное состояние», которое требует учёта демографического, медицинского, психологического, правового и уголовно-правового содержания указанной категории.

В целях единообразного понимания беспомощного состояния потерпевшего необходимо внести в п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ действующего Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 (ред. от 03.03.2015) «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» следующие изменения, указав, что «беспомощное состояние потерпевшего в уголовно-правовом смысле следует рассматривать как физическое, психическое или психофизиологическое состояние человека, при котором он лишен способности принимать меры, необходимые для самосохранения, в момент преступного посягательства на его жизнь, что обусловлено тяжким заболеванием, психическим расстройством, возрастом, умственной неразвитостью или бессознательным состоянием, внешними факторами.

К физиологической беспомощности относит-

но активное вмешательство в окружающий мир и противодействие посягательству по причинам, заключающимся в процессах развития и жизнедеятельности человеческого организма (например, из-за заболевания, влияющего на общий тонус организма или двигательные функции, а также по причине младенческого или дряхлого возраста)

Психической беспомощностью следует считать неспособность потерпевшего понимать характер и значение совершаемых с ним действий из-за обратимых или необратимых процессов, протекающих в коре его головного мозга. К таким патологическим состояниям относятся психические заболевания, временные расстройства душевной деятельности, слабоумие, а также бессознательное состояние и состояние сильного опьянения.

К находящимся в беспомощном состоянии могут быть отнесены лица, страдающие психическими расстройствами или умственной недоразвитостью, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее; лица, находящиеся в бессознательном состоянии в силу обморока, коматозного состояния, глубокого сна (в том числе и летаргического), гипнотического безволия; малолетние; лица в состоянии старческой немощности или сильной степени алкогольного, наркотического или токсического опьянения (в том числе и патологического), а также иные лица, временное состояние организма которых в силу природных катаклизмов, а равно обстановка вынужденного и насильственного содержания которых исключала возможность оказать сопротивление виновному или предпринять иные меры самосохранения в момент их убийства».

ся состояние человека, когда для него невозмож-

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Кобзева Е.В. Оценочные признаки в уголовном праве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2002. 18 с.

3. Игнатов А. Н., Красиков Ю.А. Курс российского уголовного права. В 2-х т. Т. 2. Особенная часть. М.: Норма-Инфра, 2002. 450с.

4. Семернёва Н.К. Квалификация преступлений (части Общая и Особенная): научно-практическое пособие. М.: Проспект, 2010. 380 с.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6. Меркушев А.Е. О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 105 УК РФ // Бюллетень Верховного Суда РФ.1999. № 6.50 с.

8. Будякова Т. Индивидуальные особенности потерпевшего как критерий степени нравственных физических страданий // Российская юстиция. 2003. № 2. С.15-20.

9. Фрейд 3. Психология бессознательного. М.: Просвещение, 1990. 255 с.

10. Попов А.Н. Убийства при отягчающих обстоятельствах. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.125с.

Опубликовано в 2015, Выпуск Июль 2015, ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ | Нет комментариев

Шикула И.Р.

Кандидат юридических наук, доцент, Московский финансово-промышленный университет «Синергия»

УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ КРИТЕРИИ ОЦЕНКИ БЕСПОМОЩНОГО СОСТОЯНИЯ ПОТЕРПЕВШЕГО

Аннотация

В статье раскрывается понятие беспомощного состояния потерпевшего, анализируются особенности уголовно-правовой оценки беспомощного состояния потерпевшего

Ключевые слова: потерпевший; преступность; беспомощность; виктимность; квалификация.

Shikula I.R.

Candidate of legal Sciences, associate Professor, Moscow financial-industrial University «Synergy”

CRIMINAL LAW EVALUATION CRITERIA RESPOSNIVE STATE OF THE VICTIM

Abstract

Keywords: the victim; crime; helplessness; victimization; qualification.

В связи с высоким уровнем преступности в стране актуализируется необходимость всесторонней защиты прав и интересов потерпевших.

В соответствии с данными ГИАЦ МВД России в 2014 г. более 1,5 млн. россиян были признаны потерпевшими от преступлений, более 70 тыс. человек пропали без вести, материальный ущерб, нанесенный потерпевшим, составил около 550 млрд. рублей, что свидетельствует о сложной криминогенной обстановке, наличии в российском обществе тревожной тенденции, которая выражается в высоком уровне жестокости, незащищенности человека от преступного насилия .

Обеспечение эффективной защиты всего комплекса прав потерпевших от преступлений является важной задачей государства. Гарантии прав потерпевших должны быть незыблемыми особенно в тех случаях, когда в силу своей беспомощности они не могут самостоятельно осуществлять свои права и юридические обязанности. Это самые уязвимые в социальном отношении граждане, к которым относятся лица, страдающие физическими или психическими недостатками, какими-либо соматическими заболеваниями, а также малолетние и престарелые.

В условиях падения уровня жизни в стране участились случаи избавления криминальным путем от беспомощных членов семьи, преступное завладение имуществом беспомощных лиц. Понятие беспомощности потерпевшего давно перешагнуло рамки некоего элемента в контексте отдельных составов преступлений, приобрело глобальный характер, затрагивает не только материальное, но и процессуальное право. Несмотря на то, что защита прав и свобод потерпевших является одной из основных несущих конструкций правового государства, многие механизмы, обеспечивающие эффективную защиту прав беспомощных потерпевших действуют неудовлетворительно, что обоснованно порождает у последних чувство безысходности и недоверия правоохранительным органам. К тому же многие положения уголовного и уголовно-процессуального законодательства, касающиеся защиты жертв преступления носят декларативный характер и не применяются на практике.

В юридической науке отсутствует четкое и однозначное понятие «беспомощное состояние потерпевшего», имеющее уголовно-правовое и криминологическое значение, не определены критерии его оценки.

Так, в Законе РФ от 02.07.1992 N 3185-1 (ред. от 14.10.2014) «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” беспомощное состояние потерпевшего интерпретируется как неспособность лица самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности.

В действующем уголовном законодательстве также не раскрываются понятия «беспомощное лицо” и «лицо, находящееся в беспомощном состоянии”. Небезынтересным поэтому является обращение к законодательному опыту зарубежных государств, уголовные кодексы которых содержат дефиниции соответствующих терминов. Так, в ст. 368 алеф Закона об уголовном праве Израиля под «беспомощным” понимается «тот, кто из-за своего возраста, болезни, физической или духовной ограниченности, дефекта умственной деятельности или любой другой причины не в состоянии заботиться о своих жизненно необходимых потребностях, о своем здоровье или благополучии”.

На наш взгляд, установление повышенной ответственности за посягательство на жизнь лица, не способного заботиться о своих жизненно необходимых потребностях, своем здоровье или своем благополучии, вполне логично с нравственных, институциональных позиций.

Беспомощное состояние человека, в какой бы форме оно не проявилось (потеря сознания при диабетической коме, из-за приступа стенокардии, эпилептического припадка и т.п.) или обморочного состояния (из-за стресса, теплового удара и др.), и независимо от того, что спровоцировало его возникновение и какой промежуток времени оно длилось, в полном объеме лишает лицо возможности выразить свою волю, а тем более принять меры по самосохранению, если в этот период времени происходит посягательство криминального характера. Человек может прийти в сознание сам, но, как свидетельствует повседневная (в том числе бытовая) практика, чаще всего человеку, в силу каких-либо обстоятельств впавшему в бессознательное состояние, требуется посторонняя помощь, которая только и может вывести его из этого опасного для него состояния, причем опасного как в смысле возможного наступления естественного в этих условиях летального исхода, так и с точки зрения умышленного лишения его жизни. В связи с этим убийство человека, заведомо для виновного находящегося в бессознательном состоянии, как правило, расценивается как убийство, совершенное в отношении беспомощного человека. Вместе с тем в обзоре судебной практики от 14.12.2011 Верховный суд разъяснил, что потерю сознания жертвы преступления нельзя расценивать как беспомощное состояние. В качестве примера приводится дело, в котором мужчина убил женщину, которая находилась без сознания в результате нанесенных ей побоев. Судья, выносивший приговор по этому делу, квалифицировал действия убийцы по пункту «в» второй части 105 статьи УК РФ, который определяет, что человек, которого убили, находился для виновного в беспомощном состоянии, посчитав, что потеря сознания и есть беспомощное состояние. Однако Верховный суд выразил свою точку зрения по этому делу: данный пункт статьи можно применять к убийствам лиц, не способным защитить себя и оказать сопротивление преступнику из-за своего физического или психического состояния. К таким потерпевшим можно отнести престарелых и тяжелобольных, детей, людей с психическими расстройствами. Судебная коллегия не нашла в рассматриваемом деле признаков преступления по вмененной убийце статье заведомо беспомощной жертвы и переквалифицировала действия преступника в убийство на основании личного неприязненного отношения.

Кроме того, в судебной практике сложилась парадоксальная ситуация, при которой один и тот же признак – беспомощное состояние лица – имеет различное толкование применительно к различным преступлениям, в частности убийству и изнасилованию, поэтому состояние сна и сильного алкогольного опьянения при изнасиловании признается беспомощным состоянием, а при убийстве – нет .

Однако причина подобной опасности коренится, на наш взгляд, не в ошибочности толкования термина «лицо, находящееся в беспомощном состоянии”, употребляемого в п. «в” ч. 2 ст. 105 УК РФ, в упомянутом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ, а в неправомерном употреблении соответствующего термина для описания способа изнасилования или насильственных действий сексуального характера, т.к. в данном случае важно не то, насколько способны потерпевшие к самостоятельному удовлетворению своих первоочередных потребностей, а тот факт, что они не располагают свободой воли либо свободой волеизъявления.

Так, Президиум Верховного Суда РФ правильно, на наш взгляд, посчитал, что суд ошибочно признал квалифицирующим признаком ч. 2 ст. 105 УК РФ использование виновным беспомощного состояния потерпевшего. Было установлено, что осужденный, желая смерти потерпевшей, стал душить ее руками, а после того, как она потеряла сознание, он нанес ей несколько ударов ножом в сердце. Президиум Верховного Суда РФ переквалифицировал действия осужденного с п. «в” ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ на том основании, что потерпевшая была приведена виновным в беспомощное состояние в процессе лишения ее жизни .

Вполне обоснованно, на наш взгляд, что в теории уголовного права к беспомощному состоянию человека приравнивают сильную степень его опьянения (алкогольного, наркотического, токсического и т.д.), в результате чего он неспособен воспринимать грозящую его жизни или здоровью (при убийстве – только жизни) опасность, а потому не может самостоятельно отвести эту опасность от себя. На наш взгляд такое понимание вполне обоснованно, ибо при опьянении человек определенное время (иногда значительное) находится в бессознательном состоянии, он столь же беззащитен, как и человек, страдающий психическим расстройством.

Как можно было убедиться, мнения ученых и практических работников расходятся и относительно видовых проявлений беспомощности, и по поводу определения понятия «беспомощное состояние”, требующего учета психологического, медицинского, демографического, правового и уголовно-правового содержания указанной категории.

Беспомощное состояние потерпевшего, на наш взгляд, следует рассматривать как физическое, психическое или психофизиологическое состояние человека, при котором он лишен способности принимать меры, необходимые для самосохранения, в момент преступного посягательства на его жизнь, что обусловлено тяжким заболеванием, психическим расстройством, возрастом, умственной неразвитостью или бессознательным состоянием, иными внешними факторами.

Кроме того, не в полной мере разработанные на законодательном уровне конкретные рекомендации по квалификации преступлений, совершаемых в отношении беспомощных потерпевших, которые могут оказать существенную помощь сотрудникам правоохранительных органов при расследовании данной категории дел, слабо изученные психологические особенности беспомощных потерпевших, механизмы влияния различных сенсорных и умственных дефектов на поведение потерпевшего, особенности виктимности беспомощных потерпевших как криминогенного фактора, влияющего на повышение степени общественной опасности преступных посягательств, актуализируют необходимость совершенствования теоретических, правовых и организационных основ охраны прав, свобод и законных интересов беспомощных потерпевших от посягательств криминального характера.

Литература

References

Одним из аспектов СПЭ потерпевших является определение возможности лица по психическому состоянию понимать характер и значение совершаемых действий, оказывать сопротивление в криминальной ситуации. Данное заключение в последующем может быть использовано следствием и судом для констатации беспомощного состояния.

Беспомощное состояние является одним из правовых понятий, которое рассматривается либо как особый признак состава преступления (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК), либо как обстоятельство, отягчающее ответственность (ст. 63 УК).

Заключение о беспомощном состоянии выносится судебно-следственными органами исходя из особенностей психических нарушений, свойственных потерпевшему, его способности прогнозировать опасную ситуацию и оценить ее, склонности его к реакциям растерянности и торможения в экстремальных условиях, быстроты принятия решений, осведомленности в половых взаимоотношениях (при сексуальных деликтах), особенностей эмоционально-волевых и интеллектуальных расстройств.

Согласно разъяснению Верховного Суда РФ «изнасилование (статья 131 УК РФ) и насильственные действия сексуального характера (статья 132 УК РФ) следует признавать совершенными с использованием беспомощного состояния потерпевшего лица в тех случаях, когда оно в силу своего физического или психического состояния (слабоумие или другое психическое расстройство, физические недостатки, иное болезненное или бессознательное состояние, малолетний или престарелый возраст и т.п.) не могло понимать характер и значение совершаемых с ним действий либо оказать сопротивление виновному лицу. При этом лицо, совершая изнасилование либо насильственные действия сексуального характера, должно сознавать, что потерпевшее лицо находится в беспомощном состоянии. Решая вопрос о том, является ли состояние потерпевшего лица беспомощным, судам следует исходить из имеющихся доказательств по делу, включая соответствующее заключение эксперта, когда для установления психического или физического состояния потерпевшего (потерпевшей) проведение судебной экспертизы является необходимым».

Состояние беспомощности, вызванное психическими расстройствами {психическая беспомощность), определяется совокупностью двух параметров, выступающих в неразрывном единстве:

  • 1) наличие в юридически значимой ситуации психического расстройства — так называемый медицинский критерий состояния психической беспомощности;
  • 2) обусловленная психическим расстройством невозможность понимать характер и значение совершаемых в отношении лица действий и оказывать сопротивление — так называемый юридический критерий.

Психическое расстройство, обусловившее психическую беспомощность, так же как и при оценке состояния невменяемости, относится законом исключительно к конкретному правонарушению и только ко времени и к обстоятельствам его совершения. Поэтому в основе экспертной оценки всегда лежит ретроспективный анализ психического состояния потерпевшего в криминальной ситуации.

Нарушения психики, обуславливающие психическое беспомощное состояние, могут наблюдаться при широком спектре психопатологических расстройств различной нозологической принадлежности. Перечень признаков, конкретизирующих психическое состояние, лежащее в основе беспомощности, является открытым. В связи с этим медицинский критерий психической беспомощности включает аналогичные медицинскому критерию невменяемости в обобщенном виде формы психической патологии: хроническое психическое расстройство, временное психическое расстройство, слабоумие и иные болезненные психические расстройства.

Юридический критерий психической беспомощности характеризуется наличием двух компонентов:

  • 1) интеллектуального — невозможность понимать характер и значение совершаемых действий;
  • 2) волевого — невозможность оказывать сопротивление.

При оценке интеллектуального компонента юридического критерия под «пониманием характера» действий виновного подразумевается правильное отражение их внешней стороны, фактического содержания обстоятельств происходящего. Под «пониманием значения» подразумевается отношение этих действий к морально-этическим и правовым нормам, отношение последствий совершаемых действий к собственному будущему, отношение своих мотивов и целей к целям действий преступника. Сохранность интеллектуального критерия оценивается также по наличию у потерпевшего осознания угрожающего характера ситуации на раннем этапе ее развития, способность в дальнейшем рационализировать случившееся и свое собственное поведение.

В отношении потерпевших от сексуальных противоправных действий в основе их потенциальной способности понимать характер и значение совершаемых в отношении их противоправных действии лежит уровень психосексуального развития и полоролевой идентичности.

Способность потерпевшего понимать значение совершаемых в отношении его противоправных действий зависит от многих психологических факторов, которые, в свою очередь, взаимодействуют с особенностями криминальной ситуации:

  • 1) от уровня психического развития потерпевшего;
  • 2) его индивидуально-психологических особенностей;
  • 3) эмоционального состояния (например, аффект страха с частичным сужением сознания и дезорганизацией волевой регуляции поведения), что снижает возможность осознания происходящего, понимание смысла собственных поступков и поведения обвиняемого.

Сочетание этих факторов в каждом конкретном случае может быть различным.

Наличие волевого компонента юридического критерия (невозможность оказывать сопротивление) оценивается по сохранности (степени сформированность) целенаправленности поведения, устойчивости к внешним воздействиям, отсутствию эмоционального состояния, способного оказывать астенизирующее и тормозящее влияние.

Наличие любого из этих компонентов (интеллектуальный или волевой), как и их совокупность, является достаточным основанием для констатации психической беспомощности.

Существенное влияние на формирование состояния психической и физической беспомощности у потерпевшего оказывает алкогольное опьянение. Даже при легкой и умеренной выраженности алкогольного опьянения, которое не выходит за клинические рамки легкой оглушенности и не лишает лицо способности в целом воспринимать окружающую действительность (место, время, окружающих лиц, последовательность и характер их действий), оно влияет на состояние его критических и прогностических функций, на способность своевременно и правильно оценить сигнальные моменты в поведении обвиняемых и возможные варианты развития ситуации, т.е. виктимизирует потерпевших. Наряду с этим состояние алкогольного опьянения за счет миорелаксирующего действия алкоголя может ограничить способность оказывать сопротивление (волевая составляющая беспомощного состояния) даже при сохранности интеллектуального компонента юридического критерия психической беспомощности. При этом не имеет значения, было ли потерпевшее лицо «приведено в такое состояние самим виновным… или находилось в беспомощном состоянии независимо от действий лица, совершившего… преступление».

Состояние алкогольного опьянения или опьянения, вызванного любым иным психоактивным веществом (ПАВ), в котором находится потерпевший в период совершения в отношении его противоправных действий, может расцениваться при определенных основаниях не только как обстоятельство психической беспомощности, но и как виктимное поведение. Поведение лица в состоянии опьянения может восприниматься потенциальным агрессором как провоцирующее (так называемая способствующая жертва). Если такое поведение будущей жертвы станет поводом для совершения преступления, в дальнейшем в судебно-следственной ситуации есть все правовые основания расценивать это как смягчающее вину агрессора обстоятельство (п. «3» ч. 1 ст. 61 УК). Для дифференциации поведения потерпевшего с целью отличия беспомощности состояния жертвы от ее провоцирующего поведения принципиальным является установление непонимания жертвой характера и значения обстоятельств происходящего, что может быть квалифицировано СПЭ как юридический критерий беспомощного состояния. Установление юридического критерия беспомощного состояния лица в состоянии алкогольного или иного опьянения ПАВ однозначно означает наличие психических расстройств, которые препятствуют произвольной регуляции поведения жертвы. Это своеобразный тип виктимно-провоцирующего поведения, в основе которого лежат как минимум расстройства критических и прогностических функций и расторможенность сексуального влечения вследствие алкогольного (или иного) опьянения.

Виктимное поведение жертвы, если оно установлено, может быть как первичным обстоятельством, провоцирующим противоправное поведение агрессора и расцениваться как смягчающее его вину обстоятельство, так и являться следствием снижения или даже отсутствия осознания и произвольной регуляции своего поведения вследствие алкогольного или иного опьянения ПАВ, что, наоборот, может быть расценено, как отягчающее вину обстоятельство (ст. 63 УК).

Чрезвычайно важным является положение о принципиальной возможности различной экспертной оценки в отношении одного и того же потерпевшего применительно к разным криминальным эпизодам как в рамках одного, так и разных уголовных дел. Неоднозначность экспертных решений может быть связана с изменением психического состояния потерпевшего на разных этапах криминальной ситуации, с различным характером совершаемых в отношении его противоправных действий, поскольку для оказания осознанного сопротивления разным противоправным действиям необходима разная степень психической сохранности, а также с продолжительными по времени деликтами, когда после многолетних и систематических противоправных сексуальных действий в отношении малолетних потерпевших по мере их взросления у них постепенно формируется способность понимать характер и значение совершаемых с ними действий, которой они были лишены ранее.

Алгоритм экспертной оценки психической беспомощности включает:

  • 1) выявление возрастных (уровень психического развития, состояние критических способностей), дизонтогенетических (нарушение психического и психосексуального развития), личностных (внушаемость, подчиняемость) и психопатологических характеристик потерпевшего;
  • 2) оценку ситуационного фактора (психотравмирующее воздействие совершаемого насилия), влияющего на актуальную способность оказывать сопротивление.
  • Пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.0fi.2004 №11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации» // ВВС РФ. 2004. № 8.
  • Коченов М. М. Теоретические основы судебно-психологической экспертизы ; автореф. дис…. д-ра психол. наук. М., 1991.
  • Пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2004 № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации».



В статье рассматриваются спорные вопросы, связанные с определением, особенностями, проблематикой беспомощного состояния потерпевшего.

Произведен анализ правовых норм, правоприменительной практики с целью выработки более грамотного понимания рассматриваемого признака преступления.

Ключевые слова: беспомощное состояние, убийство, отягчающие обстоятельства, статья 105 УК РФ

Под убийством следует понимать насильственное лишение жизни, однако с юридической точки зрения (основываясь на диспозиции ч.1 ст. 105 УК РФ), данный термин толкуется как умышленное причинение смерти другому человеку. Следует обратить особое внимание на указание направленности умысла, как на характеристику субъективной стороны рассматриваемого состава преступления. Советское уголовное законодательство, а также право иных стран не исключало неосторожного причинения смерти. Наличие хотя бы одного квалифицирующего признака убийства из перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК РФ приводит к повышению общественной опасности совершенного преступления.

В УК РФ перечень квалифицирующих признаков содержится в ч. 2 ст. 105 УК РФ. Они систематизированы по пунктам в зависимости от того, какой признак состава преступления они характеризуют (объективный или субъективный). Квалифицирующий признак убийства, предусмотренный п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ относится к объективным признакам состава преступления. Пунктом «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ устанавливается ответственность за убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. Еще одной особенностью квалифицирующих признаков является их исчерпывающий характер (не может быть произвольно расширен судом).

УК РФ заимствовал некоторые уже существующие положения предыдущих Уголовных кодексов, в частности термин «беспомощное состояние» потерпевшего.

Рассмотрим несколько важных аспектов, характеризующих понятие и некоторые признаки беспомощного положения.

Во-первых, данное понятие употребляется не только в УК РФ. Так, Федеральный закон (далее-ФЗ) «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» № 3185 от 2 июля 1992 года определяет указанный термин, как неспособность лица самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности . Более того, в ст. 12 ФЗ «О полиции» от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ указывается, что полиция в соответствии с возложенными обязанностями должна оказывать помощь лицам, находящимся в беспомощном состоянии, либо в другом состоянии, опасном для здоровья и жизни .

Во-вторых, юридическая трактовка понятия «беспомощное состояние» приводится в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее — ВС РФ) № 1 . Отмечается, что «по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. К иным лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные, престарелые, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее «.

В-третьих, важно отметить, что некоторые ученые и авторы в теории уголовного права лиц, находящихся без сознания, в сильной степени опьянения (тяжелого алкогольного опьянения, наркотического или токсического), в состоянии сна, гипноза, а также беременных и слепых признают также лицами, находящимися в беспомощном состоянии .

Включение признака беспомощного состояния в действующий УК РФ в качестве квалифицирующего объясняется определенной переоценкой отношения в обществе к посягательствам на жизнь человека, находящегося в беспомощном состоянии .

Важно понять, почему именно особое положение потерпевшего законодатель относит к признакам, отягчающим наказание за совершение подобного преступления. Ответ на данный вопрос, на мой взгляд, состоит в том, что лицо, совершающее (намеревающееся совершить) убийство, является жестоким и изначально безразлично относится к судьбе потерпевшего. Особое состояние потерпевшего, в силу чего он не способен дать отпор преступнику, оказать ему активное сопротивление, защитить себя и избежать причинения вреда его жизни способствует формированию у виновного убеждения в значительной легкости реализации объективной стороны преступления. Так, убийца, осознающий факт беспомощного состояния потерпевшего, уверен в высокой результативности своего посягательства. Именно знание об особом состоянии объекта преступления облегчает формирование преступного намерения у виновного. Законодатель указывает на необходимость наличия заранее имеющейся осведомленности виновного о беспомощном состоянии потерпевшего до реализации объективной стороны. В случаях, когда преступник узнал о беспомощном состоянии потерпевшего после наступления общественно-опасных последствий совершенного преступления (в рассматриваемом случае убийства), либо наличествовали умышленные действия виновного для приведения жертвы в такое положение, квалификация по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ некорректна.

По факту совершения убийства беспомощного лица можно судить и о личных характеристиках преступника. Виновного можно охарактеризовать, как лицо аморальное и бессердечное, так как совершается преступление в отношении лиц, которые нуждаются в особом внимании, заботе, уходе и защите. Умышленное использование уязвимости потерпевшего таким образом влечет за собой на практике (в большинстве случаев) наступление уголовной ответственности в виде лишения свободы на срок от 8 до 20 лет.

В результате того, что в доктрине существует множество вариантов толкования термина «беспомощное состояние», не сформировалось единого понимания и представления, которое бы объективно и наиболее полно отражало природу и содержание понятия.

В правоприменительной практике отсутствует также единообразное понимание и толкование термина «беспомощное состояние» потерпевшего. Это связано с тем, что на сегодняшний день существует несколько проблем, касающихся отнесения некоторых особых состояний лица, на жизнь которого осуществляется посягательство, к категории беспомощного.

Большинство судебных инстанций при квалификации преступления по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ единогласны в вынесении обвинительного приговора виновному лицу, а понятие «беспомощное состояние» толкуется исходя из позиции Пленума ВС РФ, изложенной в Постановлении «О судебной практике по делам об убийстве» от 27 января 1999 г. № 1 . Так, например, в 80 % проанализированных решений из судебной практики судов общей юрисдикции субъектов, беспомощным состоянием признается физическая немощность вследствие престарелости потерпевшего и невозможности оказать сопротивление ; невозможность обслуживать себя самостоятельно , инвалидность, необходимость в особом уходе и заботе ; неспособность распознать опасность и защитить себя в силу малолетнего возраста ; отсутствие способности самостоятельно передвигаться в результате инвалидности лица . Из мониторинга практики правоприменения следует, что в 80 % рассмотренных случаев, суд выносит обвинительный приговор в отношении виновного, совершившего убийство лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии.

Однако, в оставшихся 20 % рассмотренных решений судебные инстанции сталкиваются с рядом проблем при квалификации убийства по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Во — первых, противоречиво оценивается вопрос отнесения сна к рассматриваемому квалифицирующему признаку убийства. Несмотря на то, что Пленум ВС РФ в Постановлении № 1 уклонился от однозначной оценки сна или глубокого опьянения, в Постановлении Президиума ВС РФ от 28 марта 2012 года № 11-П12ПР указанные состояния лица не признаются беспомощным.

Указанная позиция Президиума ВС РФ, по моему мнению, не бесспорна. Почему состояние сна и сильного алкогольного опьянения потерпевшего не требует особой оценки, равно как беременность потерпевшей и малолетний возраст, являющиеся аналогично естественными состояниями лица, которым, в свою очередь, придается уголовно — правовое значение? В отличии от других проявлений беспомощного состояния, сон и сильное алкогольное опьянение лишают потерпевшего возможности не только объективно оценивать степень и характер общественной опасности посягательства на его жизнь, но и осознавать происходящее, в том числе оказывать активное сопротивление. В таких случаях потерпевший более уязвим для виновного лица, поэтому может быть физически легкой жертвой для преступника. Данное «преимущество» намеренно используется для реализации умысла на совершение такого жестокого преступления.

В доктрине анализируемый вопрос рассматривается учеными также по — разному. Например, Е.Б. Казаченко поддерживает позицию отдельных авторов, согласно которой сильная степень опьянения (алкогольного, токсического, наркотического и т.д.) приравнивается к беспомощному состоянию лица . По моему мнению, это вполне обоснованно: будучи в состоянии опьянения, лицо определенное время находится в бессознательном состоянии, что можно отождествлять с его беззащитностью (аналогично состоянию и положению лица, страдающего психическим расстройством, а также неспособного оказывать сопротивление и самозащиту в силу физического состояния). Инъекции психотропных и иных одурманивающих веществ, наркотических средств имеют «двойственную природу» (физическую и психическую) . Целью виновного лица может быть приведение таким образом потерпевшего в бессознательное состояние, а также лишение его способности руководить своими действиями с целью последующего убийства. В первом случае проявляется состояние физической беспомощности, а во втором психической. Состояние опьянения (алкогольного, наркотического, токсического) зависит от дозы принятых средств. В зависимости от этого, процесс «отключения» сознания проявляется неодинаково. Подобная реакция на употребленные средства может проявиться моментально либо по истечении определенного времени, вследствие индивидуальности каждого человеческого организма. Подобный механизм затуманивания действует при крепком сне и обмороке. Отличие состоит лишь в том, что при опьянении сознание лишь притупляется, а в состоянии сна или обморока оно отсутствует полностью.

Во-вторых, в практике возникают проблемы, связанные с оценкой гипнотического состояния потерпевшего. Н. С. Таганцев под гипнозом понимает искусственное временное «отключение» сознательно-волевой системы одного человека и подчинение ее другому . Как известно, гипноз представляет собой одну из причин, которая вызывает бессознательное состояние лица. Уголовные дела, связанные с убийством лица, находящегося в гипнотическом состоянии встречаются реже, чем, например, убийства потерпевшего, находящегося в беспомощном состоянии в силу физической или психической невозможности оказать сопротивление, осознать общественную опасность совершаемого посягательства. Однако, в некоторых судебных решениях по уголовным делам, связанных с квалификацией преступления по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ содержится указание на то, что состояние гипноза признается беспомощным. Так, например, 10 апреля 2014 года Мировым судьей судебного участка по Нуримановскому району Республики Башкортостан Ахмадуллиной Л. С. был вынесен приговор по делу № 1-25/14 в отношении Галимзяновой В.Р.

В — третьих, рассматривая бессознательное состояние и факт приведения потерпевшего в беспомощное состояние действиями виновного, следует отметить аналогичную спорность при решении проблемы квалификации соответствующего преступления. Так, по первому вопросу существует позиция Президиума ВС РФ, которая отражена в Постановлении от 19 мая 1999 года № 448п99 , где отмечается необходимость переквалификации преступных действий осужденного К. с п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 105 УК РФ вследствие необоснованного вменения К. соответствующего квалифицирующего признака убийства.

Вопрос квалификации причинения смерти потерпевшему, который был приведен в беспомощное состояние действиями виновного является сложным. Толкование уголовно — правовых норм приводит к выводу о необходимости нахождения потерпевшего в беспомощном состоянии до совершения нападения на него. Из Постановления Президиума Верховного Суда РФ от 19 мая 1999 года № 448п99 следует недопустимость применения п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ в том случае, если потерпевший был приведен в беспомощное состояние действиями виновного в процессе реализации умысла на убийство путем связывания, причинения ранений и т.д. Более того, по мнению Шиян В., действия виновного по приведению потерпевшего в беспомощное состояние, например, путем связывания, в процессе реализации умысла на убийство не могут рассматриваться как основание для юридической оценки действий виновного по данному квалифицирующему признаку .

Законодатель в ч. 2 ст. 105 УК РФ указывает не только на наличие такого квалифицирующего признака, как беспомощное состояние потерпевшего, но, равно речь идет о составе убийства, сопряженного с похищением человека. Одни авторы придерживаются позиции о том, что данное преступление следует рассматривать в качестве частного случая убийства лица, заведомо находящегося в беспомощном состоянии . Противоположную позицию занимает А.Н. Попов , полагающий, что данные признаки не соотносятся между собой. Более того, автором отмечается, что «использование виновным заведомо для него беспомощного состояния потерпевшего во всех случаях должно подлежать самостоятельной квалификации, поскольку оно является самостоятельным основанием для вменения виновному отягчающего обстоятельства» .

В заключении, необходимо отметить несколько наиболее важных выводов:

Если учитывать все обоснованные и требующие внимания позиции ученых, судебную практику, можно выделить следующие признаки беспомощного состояния потерпевшего: психическое расстройство; малолетний возраст; старческая немощность, инвалидность; бессознательное состояние, которое может быть выражено в виде гипноза, сна, сильной степени опьянения, лишающие возможности противодействовать посягающему на жизнь лицу; и иные состояния, в том числе особенности физического развития, в силу чего лицо не способно оказать активное сопротивление нападающему.

Преступление, посягающее на жизнь лица, находящегося в состоянии сна, сильного опьянения, по моему мнению, следует квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как виновное лицо осознает слабое положение потерпевшего по отношению к собственным силам, умышленно использует данное преимущество и реализует умысел на совершение такого жестокого и тяжкого преступления.

Жизнь каждого человека — особая ценность, любая попытка посягательства на нее, причинения вреда жизни и здоровью должна наказываться соответствующим образом: достаточно суровыми и жесткими мерами уголовной ответственности для лица, совершившего преступление, как в целях наказания за особо опасное противоправное деяние, так и профилактики совершения дальнейших жестоких преступлений.

Литература:

  1. ФЗ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» от 2 июля 1992 г. № 3185-1 // Режим доступа — http://www.pravo.gov.ru.
  2. ФЗ «О полиции» от 7 февраля 2011 г. № 3 -ФЗ // Собрание законодательства РФ, 14.02. 11. № 7. Ст.900.
  3. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам об убийстве» от 27 января 1999 г. № 1 // Бюллетень ВС РФ. 1999. № 3.
  4. Караулов В.Ф. Уголовное право Российской̆ Федерации. Особенная часть. М., 1996. С. 28.
  5. Здравомыслов Б.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть. М., 1996. С. 149.
  6. Бородин С.В. Преступления против жизни. СПб.: Издательство Юридический центр Пресс, 2003. — 467 с.
  7. Кадацкая, Т.А. Роль беспомощного состояния потерпевшего для квалификации преступления / Т.А. Кадацкая // Вестник академии права и управления. — 2010. № 211. С. 98.
  8. Приговор Иркутского областного суда от 29 декабря 2012 года // СПС «РосПравосудие».
  9. Приговор Иркутского областного суда от 12 октября 2011 года // СПС «РосПравосудие».
  10. Приговор Мурманского областного суда от 9 февраля 2012 года // СПС «РосПравосудие».
  11. Приговор Саратовского областного суда от 7 июня 2012 года № 2-31/2012 // СПС «РосПравосудие».
  12. Приговор Орловского областного суда от 30 марта 2012 года «2-5/2012 // СПС «РосПравосудие».
  13. Приговор Верховного суда Чувашской Республики от 7 февраля 2012 года № 2-21-2010 // СПС «РосПравосудие».
  14. Приговор Ленинградского областного суда от 11 апредя 2012 года № 2-67- 2012 // СПС «РосПравосудие».
  15. Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 28 марта 2012 года № 11-П12ПР // СПС «КонсультантПлюс».
  16. Козаченко, Е.Б. Понятие «беспомощное состояние» в доктринальной, законодательной и правоприменительной трактовках / Е.Б. Казаченко // Российский юридический журнал. — 2011. — № 4. С. 147.
  17. Веселов, Е.Г. Физические или психическое принуждение как обстоятельства, исключающее преступность деяния: дис. … канд. юрид. Наук. Краснодар, 2002. С.46
  18. Таганцев, Н.С. Русское уголовное право: Часть общая. Тула, 2001. С. 389.
  19. Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 19 мая 1999 года № 448п99 // СПС — «КонсультантПлюс».
  20. Шиян В. Беспомощное состояние потерпевшего как объективный̆ признак в преступлениях против личности, совершаемых с применением насилия / В. Шиян // Уголовное право. — 2014. — № 5. С.35-41
  21. Уголовное право. Особенная часть: учебник / под ред. Н.И. Ветрова, Ю.И. Ляпунова. М., 1998. С.52; Уголовное право России. Особенная часть: учебник / под ред. И.Э. Звечаровского. М., 2004. С. 38.
  22. Попов А.Н. Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации о судебной практике по уголовным делам / под общ. ред. А.Н. Попова. Спб., 2006. С.78.
  23. Попов А.Н. Умышленные преступления против жизни (проблемы законодательной регламентации и квалификации): дис. … докт. юрид. наук. М., 2003. С.342-343.