Кто оплачивает экспертизу в гражданском процессе

Елена Кистанова

Актуальность данной темы обусловлена большим количеством спорных ситуаций в рамках выплаты эксперту, экспертному учреждению, организации (далее ― эксперт) вознаграждения и отсутствием чёткого понимания процессуального положения эксперта при рассмотрении споров по вопросу защиты права эксперта на получение такого вознаграждения за подготовку судебной экспертизы.

Проанализировав действующее законодательство РФ, судебную практику, можно сделать следующие выводы.

Одной из распространённых проблем является отсутствие гарантии эксперта на выплату вознаграждения в гражданском процессе. Данная проблема вызвана игнорированием судами и сторонами части 1 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ― ГПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 96 ГПК РФ, денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счёт, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

Однако на сегодняшний день при назначении судебной экспертизы суды не предлагают сторонам внести на депозитный счёт судебного департамента вознаграждение за проведение экспертизы. Практика судов по гражданским делам при назначении судебной экспертизы складывается таким образом, что в определении прописывается, в какой части и на кого возложена обязанность оплаты судебной экспертизы, а стороны самостоятельно оплачивают экспертизу по реквизитам эксперта. Данными действиями суды отстраняются от контроля по внесению денежных средств на депозитный счёт судебного департамента.

Отметим, что абзацем 6 ст. 85 ГПК РФ предусмотрено, что эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до её проведения.

Таким образом, законодатель предлагает сторонам «свободу действий» по вопросу предварительной оплаты судебной экспертизы.

С учётом вышеизложенного можно сделать вывод, что игнорирование ч. 1 ст. 96 ГПК РФ негативно сказывается на деятельности экспертов, которые принимают на себя риски подготовки экспертного заключения «бесплатно».

Так, абз. 6 ст. 85 ГПК РФ ограничивает право эксперта на гарантийное получение денежных средств за проделанную работу и влечёт за собой ряд дополнительных действий по взысканию денежных средств.

В том случае, если эксперту не перечислили денежные средства до направления экспертного заключения в суд, эксперт вынужден просить суд рассмотреть вопрос о взыскании судебных расходов с приложением документов, подтверждающих такие расходы на проведение экспертизы, что предусмотрено абз. 6 ст. 85 ГПК РФ.

По общему правилу, суд обязан рассмотреть данное ходатайство при вынесении решения суда, в мотивировочной части которого отразить, с кого подлежит взыскание денежных средств по экспертизе. Далее эксперт ждёт вступления в законную силу решения суда, обращается с заявлением о выдаче исполнительного листа.

После вступления решения суда в законную силу эксперт получает исполнительный лист и обращается к судебным приставам о возбуждении исполнительного производства, возбуждается и ведётся исполнительное производство по взысканию. Вышеперечисленные действия влекут за собой дополнительную потерю времени и дополнительных средств для эксперта по получению денежных средств за подготовку экспертного заключения.

В Обзоре судебной практики по применению законодательства, регулирующего назначение и проведение экспертизы по гражданским делам, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14 декабря 2011 года, отмечено, что требует особого внимания и скорейшего исправления довольно распространённая в судебной практике ситуация, когда при вынесении решения суды не указывают в его мотивировочной части на распределение судебных расходов, касающихся оплаты проведённой по делу экспертизы. Крайне редко этот вопрос решается путём вынесения дополнительного решения (п. 3 ч. 1 ст. 201 ГПК РФ). В результате экспертные учреждения вынуждены обращаться в суд с самостоятельными требованиями о возмещении расходов на произведённую по поручению суда экспертизу.

К сожалению, на сегодняшний день данная проблема не устранена, и экспертам после вынесения решения суда действительно приходится обращаться с заявлением о возмещении расходов на произведённую по поручению суда экспертизу.

Думаю, что данное обстоятельство связано с тем, что судьи при рассмотрении дел акцентируют внимание на рассмотрение дела по существу по заявленным со стороны истца, заявителя требованиям. Рассмотрение же вопроса по возмещению расходов на произведённую экспертизу является для суда второстепенным.

Негативно пассивное действие ст. 96 ГПК РФ сказывается и на процессуальных сроках, в связи с тем что на практике эксперты при отсутствии предварительной оплаты вознаграждения за проведение экспертизы возвращают определение о назначении экспертизы и гражданское дело без исполнения, ссылаясь на отсутствие возможности произвести такую экспертизу в связи с отсутствием времени и по иным причинам, которые можно считать уважительными, но проверить которые нельзя. Данные действия со стороны экспертов приводят к тому, что затягивается время рассмотрения дела, но понять такое поведение со стороны эксперта можно, так как такая работа для экспертов «невыгодна».

Обозначенные проблемы, возникающие у судов при назначении экспертиз по гражданским делам, могут быть устранены закреплением на законодательном уровне обязанности внесения сторонами на депозитный счёт суда денежных средств с негативными последствиями для той стороны, которая уклоняется от оплаты.

В арбитражных судах ситуация иная, ст. 108 АПК РФ не соблюдается за редким исключением.

Согласно п. 1 ст. 108 АПК РФ, денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и свидетелям, вносятся на депозитный счёт арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство, в срок, установленный арбитражным судом. Если указанное ходатайство заявлено обеими сторонами, требуемые денежные суммы вносятся сторонами на депозитный счёт арбитражного суда в равных частях.

АПК РФ не предусмотрено, что эксперт не вправе отказаться от проведения экспертизы, если стороны не произвели оплату экспертизы до её проведения или если не внесли денежные средства на депозитный счёт.

Отметим, что в арбитражном процессе вопрос перечисления денежных средств эксперту за подготовленную экспертизу разъяснён постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе».

Согласно п. 26 данного постановления, денежные суммы, причитающиеся эксперту, согласно ч. 1 ст. 109 АПК РФ выплачиваются после выполнения им своих обязанностей в связи с производством экспертизы, за исключением случаев применения ч. 6 ст. 110 Кодекса. Перечисление денежных средств эксперту (экспертному учреждению, организации) производится на основании судебного акта, в резолютивной части которого судья указывает размер причитающихся эксперту денежных сумм. Суд выносит такой акт по окончании судебного заседания, в котором исследовалось заключение эксперта.

Однако п. 26 указанного постановления не разъясняет, о каком именно судебном акте идёт речь, в связи с чем между экспертами и судами возникают спорные ситуации.

С одной стороны, можно говорить о том, что исследование заключения эксперта подлежит на одном из судебных заседаний путём оглашения и при необходимости вызова в судебное заседание эксперта, которому могут быть заданы дополнительные вопросы.

Так, на практике определение о перечислении денежных средств эксперту может быть вынесено судом до рассмотрения дела по существу, если экспертное заключение исследовано и отсутствуют к эксперту дополнительные вопросы. Например, по делам № А41-72329/2014, № А41-43100/15, № А41-16465/2015 определения о перечислении денежных средств эксперту были вынесены до рассмотрения дела по существу.

С другой стороны, итоговое исследование заключения эксперта возможно только путём оценки такого заключения судом при вынесении решения. Данная позиция подтверждается Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28 мая 2015 года по делу № А07-271/2014, согласно которому рассмотрение вопроса о выплате вознаграждения эксперту до вынесения решения суда преждевременно, в связи с чем суду первой инстанции было предложено отложить рассмотрение вопроса о выплате вознаграждения эксперту до разрешения дела по существу.

Ещё одним проблемным вопросом в рамках арбитражного процесса является выплата вознаграждения эксперту при признании экспертного заключения ненадлежащим доказательством. По данному вопросу судебная практика противоречива и разнообразна.

Так, некоторые суды отказывают экспертам в выплате вознаграждения за проведение судебной экспертизы, ссылаясь на отсутствие выполненной работы на основании определения суда, что влечёт за собой неисполнение обязанности эксперта по выполнению обязательства по подготовке экспертного заключения, в связи с чем назначалась повторная экспертиза.

Такая позиция подтверждается Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2013 по делу № А72-1498/2010, Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2016 № 13АП-9227/2016 по делу А5 6-2097/2015.

Между тем существует судебная практика, согласно которой частично удовлетворяют заявление о выплате вознаграждения эксперту.

Например, Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 09.04.2015 по делу № А33-20563/13 заявление о выплате вознаграждения удовлетворено частично, согласно представленному расчёту расходов, понесённых экспертом в связи с проведением экспертизы. Отметим, что по данному делу суд акцентировал внимание на добросовестном отношении эксперта к подготовке экспертного заключения.

Третья позиция сводится к тому, что выплата вознаграждения не ставится в зависимость от соответствия или несоответствия экспертного заключения предъявляемым к нему требованиям и оценки его судом, непринятие его в качестве доказательства по делу не может являться основанием для освобождения стороны, заявившей о назначении экспертизы.

Данная позиция подтверждается Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2017 года № 13АП-34558/2016 по делу № А56-40272/2014, Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 февраля 2017 года по делу № А56-41347/2014, Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27 сентября 2016 года по делу № А56-7186/2014 и Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 24 ноября 2016 года по делу А33-11257/2012.

В судебной практике можно столкнуться и с таким случаем, когда экспертиза была проведена двумя экспертными организациями, однако выплатили денежные средства с депозитного счёта только одной из них, тому примером может служить дело № А41-39500/2015. Судья назначил экспертизу изначально в одной организации, после получения экспертного заключения была назначена повторная экспертиза иной организации, которой и перечислил денежные средства с депозитного счёта суда, прекратив производство по делу. Такие действия приводят экспертов в замешательство, ходатайство о выплате вознаграждения так и осталось проигнорированным судьёй.

В связи с этим предлагаю рассмотреть процессуальное положение эксперта. Определение процессуального положения необходимо для исследования прав эксперта при проблеме выплаты экспертам вознаграждения, если суд принял решение об отказе в выплате эксперту денежных средств или проигнорировал такое ходатайство.

Согласно ч. 1 ст. 55 АПК экспертом в арбитражном суде является лицо, обладающее специальными знаниями по касающимся рассматриваемого дела вопросам и назначенное судом для дачи заключения в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом. ГПК РФ определения «эксперт» не содержит.

Следует обозначить, что процессуальное положение эксперта законодателем не определено.

Однако в судебных актах нередко можно встретить следующую фразу: «Согласно действующему законодательству эксперт, как специальный участник судопроизводства, является лицом, оказывающим содействие правосудию», что подтверждается Апелляционным определением Томского областного суда от 14 октября 2014 года по делу № 33-2859/2014, Апелляционным определением Кировского областного суда от 27 августа 2015 года по делу № 33-3490/2015, Апелляционным определением Московского городского суда от 30 июня 2015 года по делу № 33-22561, хотя норма права или анализ норм права, из которых вытекает данная формулировка, судами в судебных актах не отражены.

Отметим, что в теории излагается аналогичное мнение, что в рамках процессуальных отношений эксперт привлекается для оказания содействия правильному и быстрому разрешению дела и входят в группу тех лиц, которые содействуют осуществлению правосудия1.

Таким образом, эксперт, как лицо, содействующее правосудию, ограничен в своих правах на защиту при проблеме выплаты эксперту вознаграждения в связи с тем, что его права в данной области на законодательном уровне не закреплены.

Индивидуальный предприниматель К. подал в суд исковое заявление к индивидуальному предпринимателю Х., требуя расторжения договора купли-продажи недвижимости и ее возврата ответчиком. Как указал К., ответчик уклонялся от оплаты по договору; тот, в свою очередь, ссылался на акт приема-передачи, подписанный истцом, с указанием на произведенную оплату.

В связи со смертью истца в дело вступили его правопреемники, которые посчитали подпись сфальсифицированной и ходатайствовали о проведении судебно-почерковедческой экспертизы.

Арбитражный суд области отказал в удовлетворении ходатайства, пояснив, что «непохожесть» подписей сама по себе не свидетельствует о выполнении их разными людьми. При этом суд самостоятельно оценил подписи в договоре купли-продажи и акте приема-передачи, по результатам оценки признав, что акт является надлежащим доказательством оплаты ответчиком стоимости приобретаемой недвижимости.

Решение суда первой инстанции было оставлено без изменений судами апелляционной и кассационной инстанций. Они также приняли во внимание обстоятельства о том, что государственная регистрация права собственности ответчика была осуществлена по заявлению сторон, документы на регистрацию от продавца передал его представитель, претензии продавца о необходимости внесения оплаты были им заявлены спустя 10 месяцев со дня наступления срока оплаты по договору.

Правопреемники истца обратились с жалобой в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права. Верховный Суд, проверив обоснованность доводов жалобы, пришел к выводу, что принятые по делу судебные акты подлежат отмене.

«Отклонив ходатайство о проведении судебной экспертизы, как посчитал суд первой инстанции – ввиду отсутствия ее необходимости, он по существу лишил истцов возможности реализации принадлежащих им процессуальных прав и обязанностей по доказыванию своих требований», – указано в определении.

Принятые по делу судебные акты Суд отменил, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При этом судьи сослались на позицию Президиума ВАС РФ по аналогичному делу и тот факт, что суд не обладает специальными познаниями для установления подлинности подписи, в связи с чем выводы судов о ее выполнении указанным лицом нельзя признать бесспорными.

Адвокат АБ «Юг» Сергей Радченко считает, что Верховный Суд не прав в данной ситуации. Он пояснил, что при проверке заявления о фальсификации доказательства назначать экспертизу подлинности оспариваемой подписи суд может только при одновременном наличии двух условий. «Во-первых, поддельность подписи должна иметь значение для дела, а во-вторых, должно быть соблюдено условие, при котором подлинность подписи невозможно проверить путем исследования иных имеющихся в деле доказательств. В данном случае оба условия не выполняются», – указал эксперт.

Сергей Радченко пояснил, что поддельность подписи в акте приема-передачи значения для дела не имеет, так как в деле, кроме этого акта, имеются еще шесть аналогичных по содержанию актов, представленных в Росреестр для регистрации перехода к покупателю права собственности на здания, каждый из которых подтверждает оплату, однако эти акты истцами не оспариваются, а значит, доказывают оплату. «Вместе с тем, если бы истцы заявили о поддельности подписей продавца и в этих актах, данный довод отпал бы. Поскольку дело возвращено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, истцы могут это сделать», – добавил адвокат.

Эксперт указал, что подлинность подписи можно проверить путем исследования иных имеющихся в деле доказательств. «Тонкость здесь в том, что, как видно из содержания апелляционного постановления, договор купли-продажи допускал регистрацию перехода права собственности на здания к покупателю только после оплаты. Представление продавцом на регистрацию шести актов приема-передачи (по числу объектов) с указанием на состоявшуюся оплату однозначно доказывает, что оплата покупателем получена», – разъяснил Сергей Радченко. Он также заметил, что со стороны суда первой инстанции было бы разумно предложить покупателю представить доказательства оплаты: «Однако суд это не сделал. Опять-таки, еще не поздно это сделать, пока дело находится на новом рассмотрении в первой инстанции».

Ссылку ВС РФ на постановление Президиума ВАС РФ адвокат назвал неубедительной, так как в деле имелись оба указанных выше условия для назначения экспертизы. «Поддельность подписи в платежке банка «Империя” имела значение для дела, поскольку это был единственный документ, на основании которого были списаны деньги, и ее подлинность невозможно было установить путем исследования иных доказательств, так как такими доказательствами были только показания двух свидетелей, противоречащих друг другу», – пояснил Сергей Радченко.

В то же время управляющий партнер юридической компании «ЮрПартнерЪ» Антон Толмачев полагает, что определение обоснованно и справедливо: «Верховный Суд верно отметил, что суды не обладают специальными познаниями в области почерковедческих исследований. Это компетенция исключительно экспертных организаций». Он также отметил, что истцы при данном подходе судов лишены инструментов доказывания факта подделки подписи, поскольку доподлинно установить данное обстоятельство можно только при помощи специальных познаний и инструментов.

Антон Толмачев считает, что это определение закрепляет сложившуюся положительную практику по назначению экспертизы при наличии заявления о фальсификации доказательств. «Это обычная практика, когда при заявлении о фальсификации доказательств суд назначает экспертизу. Думаю, что разрешение этого вопроса должно было не доходить до Верховного Суда, а завершиться ранее», – заключил эксперт.

Два круга с одной проблемой

Георгий Мирзоян* дал в долг Владимиру Зайцеву * 150 млн руб. Заём был подтвержден договором от 10 апреля 2014 года. Зайцев должен был вернуть деньги не позже чем через пять месяцев, а также платить проценты – 12% годовых. По условию договора, при нарушении срока выплаты процентов более чем на 20 дней Мирзоян мог потребовать возврата денег и процентов за фактический срок пользования займов. Так он и сделал, когда до 20 мая 2014 года не получил проценты.

Мирзоян подал в суд, требуя взыскания всей суммы задолженности, а также дополнительно 11 млн руб. Зайцев настаивал, что деньги предназначались на совместный бизнес и проценты надо снизить. Таганский районный суд Москвы частично удовлетворил иск, взыскав основной долг и снизив взыскания по процентам, но в апелляции решение не устояло: Мосгорсуд отказался удовлетворить требование. Дело дошло до ВС, где дело направили на новое рассмотрение (№ 5-КГ17-89) в том числе из-за того, что апелляция в нарушение закона приняла новые доказательства и провела экспертизы. Причем назначили не только почерковедческую экспертизу договора, но и техническую экспертизу давности документа, несмотря на небольшие сроки, прошедшие с момента заключения договора до рассмотрения спора в суде. Спор рассмотрели по второму кругу, и снова он дошел до Верховного суда.

В Мосгорсуде при очередном рассмотрении дела не учли выводы, сделанные ВС ранее: оба раза проблемой становилась экспертиза договора.

Экспертизы разные, вопрос один

По ходатайству Зайцева апелляция в 2015 году назначила комплексную судебно-почерковедческую экспертизу и техническое исследование документа. Ее проведение поручили НП «Федерация судебных экспертов», АНО «Центр Криминалистических Экспертиз». Но, засомневавшись в результатах, суд назначил повторную экспертизу в другой организации – РФЦСЭ при Минюсте России. Оценивая второе заключение, в суде допросили экспертов, которые объяснили, что методики определения разницы во времени изготовления лицевой и оборотной стороны листов договора займа не существует.

Но суд решил, что заключение неполное. В результате тому же центру при Минюсте поручили дополнительную экспертизу. Однако вопросы, которые предстояло разрешить эксперту – тому же, что и в прошлый раз, – не изменились. Это были те же вопросы, на которые они не смогли ответить ранее, то есть фактически экспертиза была повторной. Тем не менее на этот раз специалист пришел к выводу о недоказанности факта передачи денег, указав, что подписи на документе появились раньше, чем текст, а значит, документ смонтирован. При этом эксперт указал, что вопрос о монтаже документа поставил сам. Он самостоятельно на него и ответил. Определенной методики по вопросу нет, указал эксперт, но логика, основанная на специальных познаниях и выявленных технических признаках, позволила прийти к указанным выводам.

ВС, изучив ситуацию, увидел в ней нарушение законодательства (дело № 5-КГ18-248). Коллегия под председательством судьи Михаила Жубрина указала, что апелляции следовало обратить внимание на то, что допэкспертиза фактически была повторной и ее провел тот же эксперт. Дело ушло в третий раз на новое рассмотрение в апелляцию (на момент написания материала не рассмотрено).

Частые проблемы экспертизы

Судебное решение не обязательно следует выводам экспертизы. Так должно быть, поскольку экспертное заключение, как и любое другое доказательство, не имеет заранее установленной силы. Однако судебные юристы с трудом вспомнят решения, где выводы суда не строились бы в основном на выводах экспертного заключения, замечает адвокат Дмитрий Макаров, партнер Интеллект-С.

«Следуя этому правилу, суды часто назначают судебную экспертизу именно с целью хоть как-то обосновать решение, уже сложившееся при первом ознакомлении с заявленными требованиями или возражениями. Примерно по такому пути пошёл состав суда апелляционной инстанции в рассматриваемом деле: не найдя иных доказательств позиции ответчика, судьи попытались «восполнить объемом», – считает Макаров.

При этом типична ситуация, когда суду приходится назначать повторную или дополнительную экспертизу. Часто проблема в том, что эксперты сами проявляют инициативу и переформулируют вопросы суда. И тогда в экспертном заключении появляются ответы не на те вопросы, которые относятся к предмету доказывания, а на те, которые удобны эксперту, говорит Макаров.

Другой причиной назначения повторной экспертизы могут быть критические ошибки экспертов при оформлении результатов исследования или нарушение запрета самостоятельного получения доказательств экспертом.

Кроме того, бывает, что эксперты допускают неполноту исследования. В такой ситуации понадобится дополнительная экспертиза. Но процедура её назначения и проведения чётко регламентирована процессуальным законом, который и был нарушен в описанной ситуации.

* – имена и фамилии участников процесса изменены редакцией.