Материального ущерба не причинено

Определение размера причиненного работником ущерба

Статья 232 ТК РФ определяет, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем — выше, чем это предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами.

Размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества (ст. 246 ТК РФ).

Федеральным законом может быть установлен особый порядок определения размера подлежащего возмещению ущерба, причиненного работодателю хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер причиненного ущерба превышает его номинальный размер.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом.

Порядок взыскания причиненного работником ущерба

Взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба производится:

1) по распоряжению работодателя — не превышающей среднего месячного заработка; распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

2) только судом, если:

    • истек месячный срок или
    • работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок.

При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд.

Работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей.

В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

С согласия работодателя работник может передать ему для возмещения причиненного ущерба равноценное имущество или исправить поврежденное имущество.

Возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю.

В декабре 2017 г. я представлял интересы бывшего руководителя юридического лица в арбитражном суде, к которому был предъявлен иск о взыскании убытков, причиненных обществу. В ходе рассмотрения дела удалось доказать отсутствие факта реального убытка и виновного поведения директора, который на момент рассмотрения дела был уволен согласно п. 13 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Причинами увольнения стали заключение ревизионной комиссии и аудиторское заключение, которые указывали на наличие недостачи и убытков у общества.

Юридическое лицо, истец по делу, основывало требования на ст. 53 ГК РФ и ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Как доказательство причинения обществу убытков были представлены упомянутые выше аудиторское заключение и заключение ревизионной комиссии.

Позиция защиты состояла в следующем. В ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Недостача, выявленная в ходе инвентаризации, не свидетельствует о причинении обществу убытков, поскольку, исходя из правил и порядка ведения бухгалтерского учета и формирования отчетности, она может образоваться:

  • вследствие неправомерных действий сотрудников общества или третьих лиц (хищение, умышленное или неумышленное повреждение и т.д.);

  • в связи с нарушением правильности заполнения отчетных форм, пересортицей, математическими (счетными) ошибками и т.д.

Недостача может возникнуть как в связи с причинением ущерба, так и без такового.

Исходя из анализа отчета ревизионной комиссии и аудиторского заключения было установлено, что причиной недостачи явилось неправильное отражение форм отчетности со стороны старших смен производства, когда списание происходило по устаревшим нормам, которые не соответствовали фактическим расходам сырья на единицу продукции. Доказательств, что недостача образовалась в связи с хищением, порчей или иной утратой имущества, истец не представил. Обращений в полицию с целью расследования указанного факта не было.

По моему ходатайству обществу было предложено оформить признание обстоятельств, свидетельствовавших об отсутствии хищения, в качестве фактов, не требовавших дальнейшего доказывания в порядке ст. 70 АПК РФ. Истец отказался. При этом доказательств реального выбытия товарно-материальных ценностей из общества не представил. Сторона ответчика, напротив, представила доказательства, свидетельствовавшие об отсутствии выбытия ценностей.

При рассмотрении дела стороной ответчика было доказано, что действия руководителя не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, реального выбытия товарно-материальных ценностей не произошло, убытков в понимании ст. 15 ГК РФ у общества не возникло.

Арбитражный суд Республики Мордовия счел обоснованной позицию ответчика и отказал в удовлетворении иска. Отказав юридическому лицу во взыскании убытков с бывшего руководителя, арбитражный суд указал на недоказанность истцом реально причиненного убытка обществу.

Были исследованы отчеты ответственных лиц на производстве за расходование материалов, результаты проведенного внутреннего расследования. В качестве юридически значимого обстоятельства были учтены показатели бухгалтерского баланса за последние периоды, из которых следовало, что основные средства общества увеличивались, выручка от реализации продукции возросла, непокрытый убыток снизился.

С учетом исследованных доказательств суд пришел к выводу о том, что недостаточный контроль за деятельностью в действиях руководителя отсутствовал, выбытия товарно-материальных ценностей не произошло, в связи с чем оснований для взыскания убытка с руководителя не имеется.

Первый арбитражный апелляционный суд оставил решение без изменения, апелляционную жалобу общества по делу № А39-5450/2017 – без удовлетворения.

Несмотря на предусмотренную законом ответственность руководителей и учредителей общества за возникающие убытки, суды должны определять факт причинения обществу реального убытка, а не установленного на основании бухгалтерской отчетности.

Правовые позиции, изложенные в п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», имеют большое значение, поскольку указывают на необходимость установления судами при рассмотрении данной категории споров факта наличия или отсутствия у общества убытков в понимании п. 2 ст. 15 ГК РФ. При этом убыток как показатель, который отражает бухгалтерская отчетность общества, не всегда является реальным убытком, причиненным обществу.

Недостача и убытки, отражаемые в данных бухгалтерской отчетности, не могут служить безусловным основанием для взыскания убытка с директора. Необходимо устанавливать причинение убытков в понимании ст. 15 ГК РФ.

Из анализа судебной практики следует, что суды идут по пути взыскания с руководителя, бухгалтера или участников общества убытков, в том числе в солидарном порядке. При этом такие иски предъявляют само общество и арбитражные управляющие в рамках рассматриваемых дел о банкротстве. В качестве примера можно привести одно из резонансных дел (№ А42-770/2016), когда с бывшего директора Тринадцатым арбитражным апелляционным судом взыскан почти 1 млрд рублей за утраченную им финансово-хозяйственную документацию.

Позиция суда была такова: отсутствующие у конкурсного управляющего документы, относящиеся к финансово-хозяйственной деятельности должника, могли способствовать формированию общей конкурсной массы, за счет которой возможно было бы произвести расчеты с кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника.

При рассмотрении категории споров о взыскании убытков с лиц, входящих в состав органов юридического лица, следует учитывать и исследовать вопросы добросовестности и разумности в поведении лиц из органов руководства. Показатели бухгалтерской отчетности не могут являться единственным доказательством причинения убытков. Ущерб, причиненный обществу, должен быть подтвержден соответствующими допустимыми и относимыми доказательствами.

Полагаю, арбитражным судам и Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ следует уделять больше внимания вопросам соотношения ответственности руководителя и реальных убытков, подпадающих под определение ст. 15 ГК РФ. Внесение ясности возможно путем издания дополнительного разъяснения или переработанного и дополненного Постановления ВАС РФ № 62.

заслушав заключение судьи С.Д. Князева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина С.В. Газаряна, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин С.В. Газарян оспаривает конституционность части второй статьи 167 УК Российской Федерации, устанавливающей уголовную ответственность за повлекшие причинение значительного ущерба умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния совершены из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия.

Как следует из представленных материалов, С.В. Газаряну, работавшему старшим научным сотрудником Института экологии горных территорий Кабардино-Балкарского научного центра Российской академии наук и являвшемуся участником организации «Экологическая вахта по Северному Кавказу», стало известно, что на особо охраняемых территориях Лермонтовского участкового лесничества в Краснодарском крае производятся незаконная вырубка охраняемых видов деревьев (пицундская сосна) и строительство домов. В ходе переписки с правоохранительными и иными государственными органами ему было сообщено, что указанных фактов нарушений природоохранного законодательства не обнаружено и соответствующие участки свободны для доступа граждан. Полагая такую реакцию органов публичной власти на его обращения ненадлежащей и предварительно направив в Департамент лесного хозяйства Краснодарского края предупреждение о том, что в случае непринятия необходимых мер граждане прибегнут к самозащите своих прав, С.В. Газарян совместно с другими лицами в целях обеспечения свободного доступа на охраняемую государством территорию деформировал часть секций металлического ограждения (забора), принадлежащего ООО «Капитель-2», одновременно нанеся на него надписи протестного характера.

За совершение данных действий С.В. Газарян был осужден приговором Туапсинского районного суда Краснодарского края от 20 июня 2012 года по части второй статьи 167 УК Российской Федерации к наказанию в виде трех лет лишения свободы условно. Вывод суда о наличии в содеянном соответствующего состава преступления был обоснован тем, что характер повреждений ограждения, содержание надписей и способ их нанесения свидетельствуют о совершении противоправных действий из хулиганских побуждений, а размер причиненного ООО «Капитель-2» ущерба является значительным, поскольку ежемесячный доход этого общества не превышает 300 000 рублей, стоимость же ремонтно-восстановительных работ, необходимых для устранения повреждений, составляет согласно заключению строительно-оценочной судебной экспертизы 119 804 рубля. При этом представленное стороной защиты заключение специалиста, в соответствии с которым стоимость восстановительного ремонта равняется 865 рублям 82 копейкам, отклонено судом как необъективное со ссылкой на то, что оно было дано уже после устранения повреждений по заказу и за счет средств самого подсудимого, а указанная в заключении стоимость ремонтных работ явно несоразмерна тем повреждениям, которые установлены как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда от 8 августа 2012 года приговор оставлен без изменения.

По мнению заявителя, часть вторая статьи 167 УК Российской Федерации, не устанавливая точный размер требуемого для наступления уголовной ответственности значительного ущерба в денежном выражении, а также критерии для его определения, не позволяет отграничить предусмотренные ею деяния от законных действий и правонарушений иных видов, что влечет неограниченное усмотрение суда при квалификации содеянного по данной статье уголовного закона. Как утверждается в жалобе, в нарушение общеправовых принципов равенства, справедливости и соразмерности оспариваемое законоположение не соответствует требованиям определенности, ясности и недвусмысленности правовых норм и потому противоречит статьям 17 (часть 1), 19 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

2. Согласно статье 71 Конституции Российской Федерации регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина (пункт «в»), а также уголовное законодательство (пункт «о») находятся в ведении Российской Федерации. Реализуя свои полномочия в данной сфере, федеральный законодатель самостоятельно определяет содержание положений уголовного закона, в том числе устанавливает преступность общественно опасных деяний и их наказуемость. При этом он связан требованием статьи 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации о равенстве всех перед законом и судом, из которого, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, следует, что любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы — в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, — каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия); неточность, неясность и неопределенность закона порождают возможность неоднозначного толкования и, следовательно, произвольного его применения, что противоречит конституционным принципам равенства и справедливости, из которых вытекает обращенное к законодателю требование определенности, ясности и недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования, — в противном случае может иметь место противоречивая правоприменительная практика, что ослабляет гарантии государственной защиты от произвольного уголовного преследования, осуждения и наказания (постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П и др.).

Основываясь на положениях статьи 19 Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с ее статьей 54 (часть 2), согласно которой никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением, статья 3 УК Российской Федерации устанавливает, что преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным Кодексом (часть первая), а применение уголовного закона по аналогии запрещается (часть вторая). Эти требования, предъявляемые к качеству уголовного закона, однако, не означают, что при формулировании его предписаний не могут использоваться оценочные или общепринятые понятия (категории), позволяющие учесть необходимость эффективного применения уголовно-правовых запретов к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2003 года № 441-О, от 15 апреля 2008 года № 260-О-О, от 2 апреля 2009 года № 484-О-П, от 25 ноября 2010 года № 1561-О-О, от 21 апреля 2011 года № 572-О-О и др.).

3. Предусмотрев в статье 167 УК Российской Федерации — в целях защиты права каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться, распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2, Конституции Российской Федерации) — уголовную ответственность за умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, если эти деяния повлекли причинение значительного ущерба, федеральный законодатель установил, что они наказываются штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет (часть первая); те же деяния, совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на тот же срок (часть вторая).

В силу этого причинение значительного ущерба является обязательным признаком объективной стороны составов преступлений, предусмотренных и частью первой и частью второй статьи 167 УК Российской Федерации, отграничивающим их от административного правонарушения, предусмотренного статьей 7.17 КоАП Российской Федерации. Отсутствие такого последствия умышленных уничтожения или повреждения чужого имущества исключает возможность квалификации соответствующих деяний по названной статье уголовного закона, в том числе по ее части второй.

3.1. В случае, когда в результате умышленных уничтожения или повреждения чужого имущества причинен значительный ущерб, ответственность по статье 167 УК Российской Федерации наступает независимо от того, в чьей собственности находилось имущество. Это в полной мере согласуется с положением статьи 8 (часть 2) Конституции Российской Федерации, относящим к одной из основ конституционного строя Российской Федерации принцип равного признания и защиты частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности.

В соответствии с пунктом 2 примечаний к статье 158 УК Российской Федерации значительный ущерб гражданину, в том числе при умышленных уничтожении или повреждении его имущества, определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей. Что же касается размера значительного ущерба, причиненного юридическим лицам (коммерческим и некоммерческим организациям), то он в каждом конкретном случае должен оцениваться судом с учетом стоимости поврежденного или уничтоженного имущества, его хозяйственной и иной ценности, затрат на восстановление поврежденного имущества, последствий его выведения из использования (эксплуатации), экономического положения собственника или иного законного владельца этого имущества, а также иных имеющих существенное значение обстоятельств.

Именно на такое применение статьи 167 УК Российской Федерации ориентирует суды общей юрисдикции и постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», разъясняющее, что умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные из хулиганских побуждений, путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, влекут уголовную ответственность по части второй статьи 167 УК Российской Федерации только в случае реального причинения потерпевшему значительного ущерба; при решении вопроса о том, причинен ли значительный ущерб собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, например в зависимости от рода его деятельности и материального положения либо финансово-экономического состояния юридического лица, являвшегося собственником или иным владельцем уничтоженного либо поврежденного имущества (пункт 6).

3.2. Таким образом, использование федеральным законодателем в части второй статьи 167 УК Российской Федерации указания на причинение значительного ущерба как на признак состава преступления не порождает такой неопределенности данной нормы, которая — принимая во внимание разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по соответствующим вопросам судебной практики (статья 126 Конституции Российской Федерации) — позволяла бы правоприменителям неоднозначно толковать и произвольно применять уголовный закон, лишая граждан возможности осознавать уголовно-правовые последствия своих действий. Следовательно, само по себе законоположение, оспариваемое заявителем, его конституционные права и свободы не нарушает.

Вместе с тем при применении части второй статьи 167 УК Российской Федерации судам надлежит — основываясь на правовой оценке фактических обстоятельств конкретного дела — мотивировать свой вывод о наличии в действиях подсудимого всех признаков состава инкриминируемого ему преступления и, в частности, учитывать, что под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года № 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений»). Иное означало бы отступление от конституционного требования необходимости, соразмерности и справедливости ограничений конституционных прав и свобод человека и гражданина, которое, по смыслу правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 2 апреля 2009 года № 484-О-П, обращено, как это вытекает из взаимосвязанных положений статей 18, 19 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, не только к законодателю, но и к правоприменителям, в том числе судам.

Проверка же законности и обоснованности судебных решений, в частности правильности выбора норм, подлежащих применению в конкретном деле заявителя, как связанная с установлением и исследованием фактических обстоятельств дела, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»), а должна осуществляться судами вышестоящих инстанций в порядке уголовного судопроизводства, имеющего в соответствии с частью первой статьи 6 УПК Российской Федерации своим назначением как защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (пункт 1), так и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (пункт 2).

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Признать жалобу гражданина Газаряна Сурена Владимировича не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д. Зорькин

Каков порядок взыскания ущерба, причиненного работодателю, в случае если размер ущерба превышает размер месячного заработка сотрудника (с сотрудником заключен договор о полной материальной ответственности)? Вправе ли работодатель удержать всю сумму ущерба, превышающую размер среднего месячного заработка сотрудника, без обращения в суд?

10 марта 2020

Рассмотрев вопрос, мы пришли к следующему выводу:
В случае, если сотрудник, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, при выполнении своих трудовых обязанностей причинил вред организации на сумму, превышающую его средний месячный заработок, и отказывается от добровольного возмещения ущерба, то взыскание может осуществляться только судом.

Обоснование вывода:
Как следует из ст. 232, ст. 233 ТК РФ, сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с ТК РФ и иными федеральными законами. Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба*(1).
Работник может быть привлечен к материальной ответственности в случае причинения им работодателю прямого действительного ущерба. Под прямым действительным ущербом понимаются реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ст. 238 ТК РФ)*(2).
По общему правилу работник несет материальную ответственность перед работодателем за причиненный ущерб в пределах своего среднего месячного заработка. Иное может быть предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами (ст. 241 ТК РФ). Так, в соответствии со ст. 242 ТК РФ в случаях, предусмотренных ТК РФ или иными федеральными законами, на работника может быть возложена полная материальная ответственность за причиненный работодателю прямой действительный ущерб. Статья 243 ТК РФ содержит закрытый перечень случаев полной материальной ответственности. Одним из оснований привлечения к данному виду ответственности является недостача ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (п. 2 части первой ст. 243 ТК РФ)*(3). Иными словами, трудовым законодательством предусмотрена презумпция вины материально ответственного работника при условии доказанности работодателем правомерности заключения договора о полной материальной ответственности и факта недостачи (смотрите п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю»).
В то же время работодатель вправе без обращения в суд взыскать с виновного работника сумму причиненного ущерба, не превышающую среднего месячного заработка (часть первая ст. 248 ТК РФ)*(4). Взыскание производится по распоряжению работодателя и по своей сути является ничем иным, как удержанием из заработной платы. Такое удержание допускается частью первой ст. 137 ТК РФ. Еще раз подчеркнем, что удержать можно только такую сумму ущерба, которая не превышает среднего месячного заработка работника. Если подлежащая взысканию сумма ущерба превышает средний месячный заработок работника и последний отказывается от добровольного возмещения ущерба, работодателю следует обращаться в суд (часть вторая ст. 248 ТК РФ).
При этом закон не предусматривает возможности сочетать взыскание по распоряжению работодателя с взысканием через суд в ситуации, когда подлежащая взысканию сумма причиненного ущерба превышает средний месячный заработок виновного работника. Иными словами, нельзя часть ущерба в пределах среднемесячного заработка удержать из зарплаты работника, а за взысканием оставшейся суммы ущерба обратиться в суд. В части второй ст. 248 ТК РФ прямо сказано, что взыскание в такой ситуации может осуществляться только судом. Также отметим, что если же работодатель решит в данном случае удерживать не всю сумму ущерба, а только ту, которая не превышает размер среднемесячной заработной платы сотрудника, то распоряжение о взыскании суммы причиненного ущерба может быть сделано не позднее 1 месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба (часть первая ст. 248 ТК РФ) и необходимо соблюдать ограничение, установленное ст. 138 ТК РФ, и удерживать при каждой выплате заработной платы не более 20% суммы, причитающейся работнику.

К сведению:
Даже при наличии оснований для привлечения работника к полной материальной ответственности работодатель, учитывая свое право частично отказаться от взыскания ущерба (ст. 240 ТК РФ), может ограничиться взысканием с работника ущерба в пределах его среднего месячного заработка. Если работодателем заявлено требование о возмещении работником ущерба в пределах его среднего месячного заработка, однако в ходе судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, с которыми закон связывает наступление полной материальной ответственности работника, суд обязан принять решение по заявленным истцом требованиям и не может выйти за их пределы (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N 52).

Ответ подготовил:
Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ
Павлова Наталия

Ответ прошел контроль качества

21 февраля 2020 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.

Сторінки матеріалу:

  • Статья 1353. Определение размера ущерба
  • Сторінка 2
  • Сторінка 3

Размер причиненного предприятию, учреждению, организации ущерба определя­ется по фактическим потерям, на основании данных бухгалтерского учета, исходя из балансовой стоимости (себестоимости) материальных ценностей за вычетом износа в соответствии с установленными нормами.

При хищении, недостачи, умышленном уничтожении или умышленной порче мате­риальных ценностей размер ущерба определяется по ценам, действующим в данной местности на день возмещения ущерба.

На предприятиях общественного питания (на производстве и в буфетах) и в ко­миссионной торговле размер ущерба, причиненного хищением или недостачей про­дукции и товаров, определяется по ценам, установленным для продажи (реализации) этой продукции и товаров.

Законодательством может быть установлен особый порядок определения размера ущерба, подлежащего возмещению, в том числе в кратном исчислении, причиненного предприятию, учреждению, организации хищением, умышленной порчей, недостачей или утратой отдельных видов имущества и других ценностей, а также в тех случаях, когда фактический размер ущерба превышает его номинальный размер.

Размер возмещаемого ущерба, причиненного по вине нескольких работников, определяется для каждого из них с учетом степени вины, вида и предела матери­альной ответственности.

  1. Основой для определения размера ущерба, причиненного предприятию, учреж­дению, организации по вине работников, являются данные бухгалтерского учета. В случае утери, повреждения, порчи материальных ценностей ущерб определяется по балансовой стоимости (себестоимости) материальных ценностей. При повреждении или порче размер ущерба равен сумме, на которую снизилась стоимость материальных ценностей.
  2. При определении размера ущерба, причиненного недостачей, утерей, повреж­дением или порчей основных средств, из их первоначальной стоимости (без налога на добавленную стоимость) вычитается сумма износа, начисленного в соответствии с за­конодательством. Указание в части первой ст. 1353 КЗоТ на себестоимость следом за ба­лансовой стоимостью материальных ценностей отнюдь не означает права собственника выбирать варианты. Этой формулировке ст. 1353 КЗоТ соответствует п. 8 Положения (стандарта) бухгалтерского учета 9 «Запасы» , которым предусматривается, что приобретенные (полученные) или изготовленные сырье, основные и вспомогательные материалы, комплектующие изделия и другие материальные ценности, предназначенные для производства продукции, выполнения работ, предоставления услуг, обслуживания производства и административных нужд, отображаются в балансе предприятия по пер­воначальной стоимости. Первоначальной стоимостью является себестоимость таких ценностей (запасов), состоящая из следующих фактических расходов: суммы, которые выплачиваются в соответствии с договором поставщику (продавцу); суммы, которые выплачиваются за информационные, посреднические и другие аналогичные услуги в связи с поиском и приобретением запасов; суммы ввозной пошлины; суммы косвен­ных налогов в связи с приобретением запасов, которые не возмещаются предприятию; расходы на заготовку, погрузочно-разгрузочные работы, транспортировку запасов к месту их использования, включая расходы по страхованию рисков транспортировки запасов; другие расходы, непосредственно связанные с приобретением запасов и до­ведением их до состояния, пригодного для использования в запланированных целях. К таким расходам, в частности, относятся прямые материальные расходы, прямые рас­ходы предприятия на доработку и повышение качественно-технических характеристик запасов (п. 9 Положения (стандарта) бухгалтерского учета 9 «Запасы» ).
  3. При недостаче, утере или уничтожении материальных ценностей в процессе про­изводства стоимость испорченного или уничтоженного сырья, материалов, полуфаб­рикатов, комплектующих изделий и других используемых в процессе производства материальных ценностей, относящихся к категории запасов, их балансовая стоимость (себестоимость) определяется по первоначальной стоимости с учетом всех расходов, которые были произведены на их обработку или изготовление из них продукции (ма­териальных расходов, расходов на оплату труда и обязательные сборы, амортизации основных фондов и нематериальных активов, других расходов).
  4. Акцизный сбор, который входит в цену испорченных, уничтоженных или уте­рянных материальных ценностей, включается в себестоимость запасов, а поэтому он должен учитываться и при определении размера прямого действительного ущерба, причиненного недостачей, порчей, уничтожением или утерей подакцизных матери­альных ценностей. Налог на добавленную стоимость, уплаченный при приобретении материальных ценностей, которые впоследствии были испорчены, уничтожены или утеряны, не включается, по общему правилу, в себестоимость запасов, а поэтому он не может учитываться при определении размера прямого действительного ущерба. Но в тех случаях, когда приобретенные материальные ценности используются для изготовления продукции, реализация которой не облагается налогом на добавленную стоимость, налог на добавленную стоимость относится в состав валовых расходов пла­тельщика налога на прибыль (п.п. 5.3.3 ст. 5 Закона «О налогообложении прибыли предприятий» ) и учитывается при определении размера прямого действительного ущерба. Уплаченный в составе цены материальных ценностей налог на добавленную стоимость учитывается при определении прямого действительного ущерба, причи­ненного работником путем недостачи, порчи, уничтожения или утери материальных ценностей, также предприятиями (работодателями), не являющимися плательщиками этого налога.
  5. Товары на предприятиях розничной торговли отражаются в балансе по про­дажным (розничным) ценам, а на оптовых торговых предприятиях — по продажным ценам или по закупочным ценам. Эти нюансы учета влияют на определение размера материальной ответственности работников. Нетрудно заметить, что в данном случае на работника возлагается обязанность возместить и неполученную прибыль, которая входит в продажную (розничную) цену. Это, однако, не влияет на юридическую силу ст. 1353 КЗоТ, поскольку она как норма специальная подлежит преимуществен­ному применению перед общей нормой ст. 130 КЗоТ.
  6. Малоценные и быстроизнашивающиеся предметы списываются с баланса по мере их передачи в производство или эксплуатацию (п. 23 Положения (стандарта) бухгал­терского учета 9 «Запасы» ). Это вообще исключало бы возложение на работников материальной ответственности за их сохранность после отпуска со склада, поскольку их балансовая стоимость с момента передачи в производство или эксплуатацию равна нулю. С целью восполнения образовавшегося пробела Кабинет Министров постанов­

лением «О внесении дополнений в Порядок определения размера убытков от хище­ния, недостачи, уничтожения (порчи) материальных ценностей» установил, что в случае хищения, недостачи, уничтожения (порчи) материальных ценностей, которые подлежат списанию на расходы по мере их отпуска в производство или эксплуатацию (в учреждениях, содержащихся за счет бюджетных средств, — по мере приобретения) и учитываются только в количественном выражении, размер ущерба определяется ис­ходя из рыночных цен на аналогичные материальные ценности с уменьшением сораз­мерно фактическому износу, но не ниже чем на 50 процентов рыночной цены.

Ущерб в виде расходов определяется по фактическим выплатам (уплачено за ремонт поврежденных работником ценностей, переплачено по договору, переплачена заработ­ная плата, уплачена неустойка, уплачены финансовые санкции и т. п.).

  1. Как исключение из приведенного общего правила части первой ст. 1353 КЗоТ в от­дельных случаях размер прямого действительного ущерба определяется не на основании балансовой стоимости (себестоимости) соответствующего имущества, а по определенным в законе ценам или с применением специальных коэффициентов.

В соответствии с частью второй ст. 1353 КЗоТ в случае хищения, недостачи (недо­стача находится в одном ряду с хищением, поскольку наводит на подозрение о хище­нии), преднамеренного уничтожения или преднамеренной порчи ценностей, размер ущерба определяется не по балансовой стоимости, а по ценам, действующим в данной местности на день возмещения ущерба. Очевидно, суд должен определять размер по­крытия ущерба по ценам, действующим на день вынесения решения, а впоследствии возможно предъявление нового иска с учетом абзаца пятого п. 9 постановления Пле­нума Верховного Суда «О практике рассмотрения судами гражданских дел по искам о возмещении вреда» («В том случае, когда на момент исполнения решения о возмещении ущерба, исправления повреждения за полученные по решению средства увеличились цены на имущество или работы, на приобретение или проведение которых оно было присуждено, потерпевший по этим причинам может заявить дополнительные требования к лицу, ответственному за вред, если не было его вины в том, что выпол­нение проводилось уже после увеличения цен и тарифов»).

  1. В соответствии с частью третьей ст. 1353 КЗоТ на предприятиях общественного питания (на производстве и в буфетах), в комиссионной торговле размер ущерба, причиненного хищением или недостачей продукции и товаров, определяется по ценам, установленным для продажи. Это правило не может применяться тогда, когда хище­ние или недостача обнаружены на складе до передачи соответствующих ценностей со склада на производство или в буфет для реализации.
  2. Специальный порядок исчисления размера ущерба установлен Законом «Об опре­делении размера убытков, нанесенных предприятию, учреждению, организации хищением, уничтожением (порчей), недостачей или утерей драгоценных металлов, драгоценных камней и валютных ценностей» . Этим Законом установлены особые правила исчисления размера ущерба для случаев несохранности валютных цен­ностей, изделий, отходов и лома, содержащих драгоценные металлы и драгоценные камни. Однако из содержания этого нормативного акта вытекает, что он не только устанавливает порядок определения размера ущерба, но и предусматривает основания полной материальной ответственности, о чем речь будет идти несколько ниже.

Указанный Закон должен применяться для исчисления размера ущерба и в случае привлечения работников к материальной ответственности на основании пись­менного договора о полной материальной ответственности при необеспечении сохран­ности названных выше видов ценностей.

Круг работников, которые могут нести материальную ответственность в соответствии с названным Законом , определяется таким образом: работники, выполняющие операции, связанные с закупкой, продажей, учетом, перевозкой, доставкой или ис­пользованием в процессе производства драгоценных металлов и драгоценных камней, ювелирных бытовых и промышленных изделий, отходов и лома, которые содержат дра­гоценные металлы и драгоценные камни, а также валютные операции. Это, по существу, те же операции, которые предусмотрены п. 6 Перечня работ, при выполнении которых может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность . В За­коне не указаны только изделия, материалы, лом и отходы, которые содержат синтетический корунд. Кроме работников, выполняющих перечисленные операции, к материальной ответственности в соответствии с упомянутым Законом могут привлекаться и лица, непосредственно не связанные с выполнением указанных выше операций, но признанные виновными в хищении, уничтожении (порче), недостаче или утере драгоценных металлов, драгоценных камней, валютных ценностей.

  • 1
  • 2
  • 3
  • остання «