Налоговая реформа Ольги

Налоговая реформа княгини Ольги — комплекс мер, проведённых после подавления древлянского восстания, целью которого было предотвращение злоупотреблений во время сбора дани, определение её объёмов и сроков уплаты.

Фактически, Ольга объезжала подвластные земли и вводила «уставы и оброки, дани и погосты», т. е. учреждала сельские судебно-административные округа и устанавливала податные окладыВ. О. Ключевский, курс лекций по истории Росии, леция
№10. Также на местах назначались люди, отвественные за сбор дани и транспортировку её в столицу — тиуны. Со временем погосты становились местом торга, привлекали ремесленников и други постоянных жителей.

Общая схема налоговой реформы Ольги

Причины и предпосылки

Среди причин, побудивших княгиню Ольгу пересмотреть существующую систему налогообложения можно перечислить следующие:

  • Несмотря на жестокую месть древлянам за убийство мужа, Ольга понимала необходимость предотвращения злоупотреблений во время сбора дани (за что Игорь и был убит).
  • Закладывание основ налоговой инфраструктуры не только упрощало и систематизировало сбор дани, но и выполняло связующую функцию между обширными территориями, которые контролировали рюриковичи.
  • Регламентированный объем и сроки выплаты дани позволяли проще прогнозировать прибыль князю и снижали нагрузку для облагаемых данью племён.

Кратко о сути и значении реформ

После подавления восстания древлян осенью 946 года, Ольга проехала по их землям «устанавливая дани и налоги»Повесть Временных Лет, после чего вернулась в Киев. Княгиня понимала, что злоупотребления во время сбора дани могли вновь привести к восстанию на подконтрольной рюриковичам территории и приняла решение четко зафиксировать сроки и объемы собираемых в натуральной форме налогов.

Под 947 годом летописи описывают путешествие Ольги на север, к Новгороду:

«Ольга, оставив в Киеве во управлении сына своего, сама со многими вельможами пошла к Новгороду и устроила по Мсте и по Полю погосты, и по Лугу оброки и дани уложила.»В. Н. Татищев, «История Российская», кн 2, гл 4

Погосты — бывшие села и торговые места — становились теперь и административными центрами княжеского управления. Один из таких погостов на Луге — Городец раскопан в последние годы ленинградскими археологами. На месте небольшого родового градка, не имевшего искусственных укреплений, в X веке сооружается настоящая крепость. Укрепляются склоны холма, насыпаются валы, поверх которых ставят частоколы.

Соответственно, если ранее князь с дружиной проезжал по территориям племён, обложенных данью, и собирал её, то теперь данникам необходимо было самим привозить меха и мёд (или любые другие ресурсы) на обозначенные по уставу погосты, без необходимости терпеть пребывание на своей территории не очень вежливых княжеских дружиников.

При погостах учреждалась должность тиуна — княжеского подчинённого, ответственного за прием, учет и дальнейшую транспортировку дани в столицу.

Уроки и уставы определяли объем и срок подвоза дани на погост, что должно было исключить злоупотребления.

Изменение налоговой системы стимулировало развитие и поддержание дорог (чтобы дань доставлялась от погостов как можно быстрее), возникновение новых укреплённых поселений на месте погостов и общее укрепление власти на подконтрольной территории.

Итоги и результаты

  • Введены «уроки» и «уставы» — были зафиксированы срок уплаты дани и её объем
  • Установлены «погосты» — центры торговли и обмена, куда племена должны были подвозить дань, там же можно было вынести на судебное решение возникающие споры
  • Введена должность тиуна — княжеского наместника, занимающегося сбором и организацией доставки дани на местах
  • Вместо полюдья дань собирается «подвозом» — т.е. не князь ездит по племенам собирая дань, а сами данники свозят положенное на погосты.

Внутреняя политика
Княгини Ольги

Раздел «Княгиня Ольга»

Список литературы

  1. В. О. Ключевский, курс лекций по истории Росии, леция №10
  2. Повесть Временных Лет
  3. В. Н. Татищев, «История Российская», кн 2, гл 4

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ

Налоги являются обязательными сборами, взимаемы­ми государством с хозяйственных субъектов и с населе­ния по ставкам, установленным в законодательном по­рядке. Для становления налоговой системы, кроме образо­вания государства и появления законодательных актов, не­обходим определенный уровень хозяйственных (экономичес­ких) отношений в стране.

Формированию податной (налоговой) системы на Руси с давних времен помогало развитие торговли и постепен­ное оформление таможенного права; вторым фактором, обеспечивающим этот процесс, является не просто ста­новление государственности на Руси в IX—X вв., но и со­вершенствование государственных структур, особенно за­нимающихся фискальной политикой, периодом расцвета этих структур можно считать XVI—XVIII вв.; третьим важнейшим фактором стало становление в XV—XVI вв. сельскохозяйственного производства как главного в аграр­ном обществе, т. е. активное развитие земледелия и ското­водства, поставлявшего продукцию для торговли на внут­реннем и внешнем рынке; четвертым фактором нужно счи­тать развитие ремесла, а в XVII—XVIII вв. мануфактурно­го производства.

На Руси первая форма взимания налогов получила на­звание «полюдье», она была характерна для ряда зарожда­ющихся государств Восточной Европы. «Полюдье» — это смешанный тип сбора дани, более или менее обусловлен­ной в устных договорах между племенами, а также корм­ления князя и его дружины за счет населения подвластных территорий.

О взимании «полюдья» в Киевской Руси сообщается в записках императора Византии Константина Багрянородно­го (908—959) «Об управлении империей». Описывая жизнь различных народов, в том числе в районах Дуная и Днеп­ра, он свидетельствовал о «суровом образе жизни… росов». Когда наступал ноябрь месяц, их архонты (князья) выходи­ли с «росами из Киава» (Киева) и отправлялись в «полю­дья», что именовалось «кружением».

Князь с дружиной объезжал поздней осенью и зимой подвластные ему территории с целью сбора дани, без зара­нее установленной квоты. Вначале сборщики «полюдья» от­правлялись в ближайшее от Киева племя древлян (верви — ан), затем через Любеч по Днепру к дреговичам (другуви — там); после к Смоленску, где в Верхнем Поднепровье про­живали кривичи. Далее «кружение» вокруг Киева продол­жалось по реке Десне к северянам (севериям), и через Чер­нигов и Вышгород князь с дружиной возвращался в Киев.

Тот факт, что термин «полюдье» появился на основе славянского слова, подтверждается греческой транскрип­цией этого слова, в древних исландских сагах оно также заимствовано из древнерусского. Арабские источники, на­пример Ибн Руст, сообщают, что славяне в период «полю­дья» собирали дань не только продуктами, но и одеждой. Это можно как угодно широко трактовать, видимо, брали меха, кожу, холсты и т. д., то есть все, из чего шьют одежды.

Главными итогами «кружения» были сбор: меда, воска, меха и рабов (невольников), которые продавались или ме­нялись на внешних рынках, в том числе в Византии. В Киев возвращались из «полюдья» в апреле, часть дани использо­валась на Великокняжеском дворе, а часть, видимо, шла в уплату дружинникам за службу. К этому времени окрест­ные племена присылали «моноксилы» — лодки-однодревки с бортами и мачтами. Из них собиралась флотилия в 100— 200 судов. В плавание отправлялись в июне—июле, месяцы эти считались наиболее благоприятными для экспедиций по Черному морю в Константинополь. Путь от пристани в Витячеве до Константинополя занимал в среднем шесть недель. Витячев был сборным пунктом потому, что сюда прибывали суда из Переяславля, третьего по величине города на Руси после Киева и Чернигова. Переяславль сто­ял на реке Трубеж, которая впадает в Днепр ниже Витя — чева, здесь имелся Днепровский брод. Путь «в греки» был очень непростым, ведь предстояло преодолеть двенадцать Днепровских порогов.

Сезон прохода караванов в Черное море совпадал с се­зоном добычи икры, поэтому русы везли в Византию также икру и дорогую рыбу. Вместе с купцами в Константинополь прибывало не менее тысячи человек. На основании торго­вых договоров с Византией 911 и 944 гг. купцы останавли­вались на специальном подворье и занимались торговлей. Обратно в Киев караваны возвращались не позже ноября, к началу нового «кружения» вокруг Киева, привозили из Константинополя дорогие ткани и оружие, золото и се­ребро.

Таким образом, путь из Киева в Константинополь был тесно связан с реализацией дани, полученной от «полюдья» и являлся лишь частью Великого торгового пути «из варяг в греки».

Когда Древнерусское государство окрепло, в середине X в. здесь была проведена первая известная на Руси хозяй­ственная реформа, связанная с началом второго этапа становления податной системы. ПВЛ, Константин Багря­нородный, В. О. Ключевский и С. М. Соловьев рассказывают о трех составляющих реформы княгини Ольги (вдовы кня­зя Игоря), которую она осуществила в 946 г. По всей види­мости, опасности походов за данью типа «полюдья», в од­ном из которых погиб князь Игорь, побудили княгиню Оль­гу преобразовать всю эту систему. «И пошла Ольга с сыном своим (Святославом) и с дружиною по Древлянской земле, устанавливая дани и налоги», сообщается в Повести вре­менных лет (ПВЛ). Далее, говорится, что дани и оброки она установила по Мете и по Луге, побывала в Новгороде и Пскове, вдоль Днепра и Десны. Везде устанавливала и по­госты, (от слова «гости» — купцы). Княгиня Ольга в 946 г. впервые перешла к сбору дани, размеры которой хотя бы в общих чертах устанавливались заранее. Таким образом, во-первых, отменялось «полюдье» или «кружение» Киевс­кого князя с дружиной по подвластным территориям. Дань вместо «полюдья» была более цивилизованной формой на­логов, осуществлялась один раз в год сбором продуктов, мехов, различных изделий с земель, которые становились волостями, затем уездными княжествами и т. д. Во-вто­рых, для сбора дани определялись специальные места — «погосты». Они использовались также для местной (мено­вой) торговли, а вблизи крупных городов, на берегах боль­ших рек — и для внешней торговли. В-третьих, по ряду свидетельств, определялись люди для сбора дани на погос­тах — «тиуны». В «Русской правде» о них говорится как о важных должностных лицах. Сборщик дани не называется уже «скотником», как у восточных славян до вхождения их в состав Древнерусского государства. Это обстоятельство свидетельствует об особом этапе развития денежных отно­шений — от скота как эквивалента денег русичи переходят к другим их эквивалентам, напоминающим металлические деньги.

Итак, первый этап становления податно-налоговой си­стемы на Руси хронологически определяем: IX — сер. X е.;

Третий этап продолжался с 1120-х гг. до нападения ордынцев на Русь, т. е. до 1230-х гг.

По сведениям ПВЛ, на третьем временном этапе про­явились очень интересные тенденции в развитии податно — налоговой системы на Руси. Если применительно к X в. «об­рок» и «дань» упоминались как равноценные сборы, то в описаниях XII—XIII вв. эти термины уточняются. На Руси в это время проходил начальный процесс феодализации, ко­торый обретал более или менее определенные контуры. Треть собранной дани предназначалась для Великого кня­зя, шла в княжескую казну, которая постепенно приобре­тала значение государственной казны. Одна десятая ее часть направлялась в распоряжение православной церкви и по­лучила название «десятины».

Одновременно появились три разновидности дани-об­рока: первая взималась с «дыма», т. е. с дома с печью и трубой. Это свидетельствовало об определенном этапе сель­ского строительства, можно предположить, что желаю­щие уклониться от дани топили «по-черному» — без выво­да трубы наружу. Через несколько веков подворная подать станет основным прямым налогом на Руси, истоки его за­рождались в XII—XIII вв. в виде дани-оброка с «дыма». Дру­гая часть семей — земледельцев — платили с «рала» (с плуга). В отдаленном будущем это станет поземельным на­логом. Еще часть населения платила с «человека», что че­рез несколько веков трансформируется в подушный налог.

Дань-оброк имела две составляющих: 1) дань плати­лась в пользу государства, т. е. она превращалась в подать; 2) оброк предназначался для феодала, т. е. превращался в поземельную ренту. Но применительно к первым векам су­ществования Древнерусского государства такую четкую гра­дацию дани провести затруднительно. Сохранялся еще в отдаленных районах принцип сбора дани с территорий, а не с людей, на них проживающих.

Четвертый этап в становлении налоговой системы со­впадает со временем татаро-монгольского ига. Это был пе­риод с 1236—1240 гг. до середины XV в.

Древняя Русь попала в зависимость от ордынцев на ус­ловиях полуколонии. Сохранялось управление русскими землями национальными лидерами, князьями из рода Рю­риковичей. Но князья должны были за большие деньги и дары получать ярлыки на правление.

Ордынцы были прирожденными степняками и конево­дами, не знали земледелия и не строили городов. Вклад их в мировую культуру, отмеченный Л. Н. Гумилевым, был связан с бытом и образом жизни степняков: они изоб­рели и внедрили в быт большую разбирающуюся юрту; из мужской одежды в числе первых стали применять длин­ные штаны (брюки); изобрели кривую саблю; носили ме­ховой головной убор, шапку-малахай. Монголы, первона­чально не знавшие грамоты, государственного устройства, оказались восприимчивыми к опыту других стран и наро­дов. Пройдя долгий путь завоеваний по просторам Азии, они переняли у ряда народов с древней культурой, в том числе у китайцев и персов, грамоту, навыки проведения переписи населения, организации быстрой почтовой свя­зи путем создания через равные отрезки пути «ям» — почтовых станций.

Первую перепись населения на Руси ордынцы начали проводить еще до падения Киева в 1238 г., когда после гибели во Владимире-на-Клязьме Великого князя Юрия там стал править его брат Ярослав Всеволодович. Хан Ба­тый послал баскаков своих с численниками (переписчиками населения) и с толмачами (переводчиками) по землям Рус­ским. По словам итальянского путешественника Плано-Кар — пини, перепись эта проходила очень жестоко. У каждого главы семейства, имевшего трех сыновей, брали в полон одного, захватывали всех неженатых мужчин и незамуж­них женщин, всех нищих и бездетных и угоняли в рабство. Остальных всех перечисляли и обкладывали данью. Отныне каждый человек мужского пола в любом возрасте и любого состояния должен был ежегодно платить ясак: «по меху медвежьему, бобровому, соболиному, хорьковому и лисье­му». Кто не мог заплатить, того забирали в рабство. И в 1257г., после смерти Батыя и его сына Сартака, была про­ведена вторая перепись населения на Руси. Приехавшие численники переписали население Суздальской, Рязанской, Муромской и иных земель. Не считали, т. е. не накладыва­ли «ясак» (налог) (как и в первую перепись), на священно­служителей и монахов. Для остальных, занесенных «чис­ленниками» в перепись населения, определялся «ясак» в виде перечисленных уже мехов диких зверей. Всех не зап­лативших забирали, как и в прежние годы, в «полон».

Но главной была общая на всю Русь дань под названием «ордынский выход». Сумма его четко не определялась. Пла­тили «выход» удельные князья от имени населения своих княжеств. Но со времени Ивана Даниловича (Калиты) мос­ковские князья стали платить за всех «ордынский выход», предварительно собрав необходимую сумму из разных мест. Ордынцы брали больше золотом и серебром, дорогими ме­хами. Если хану в Сарае (столице Золотой Орды) хотелось больше дани-даров, князей с сыновьями задерживали на неопределенное время в Орде, пока их приближенные не собирали нужную сумму, чаще золотой и серебряной посу­дой, возможно, и окладами от образов. Сопротивлявшиеся не только поборам, но и унижениям, князья с сыновьями принимали в Орде мученическую смерть.

Главный вывод из вышесказанного такой: экономика Руси была отброшена на несколько веков назад. Русичей из-за непомерных поборов, ежегодно выплачиваемых даже за младенцев и дряхлых стариков мужского пола мехами ценных пород диких зверей, заставили вплотную занимать­ся охотой. Таким образом, вместо производящего хозяй­ства вновь перешли к присваивающему типу хозяйства. Почти сто лет русичи не занимались широко земледелием и скотоводством. Степняков мало интересовало земледелие и плоды от него. Из-за задержки процесса феодализации и становления аграрного общества наметилось значительное отставание в экономическом развитии Русского государства от европейских стран. Выравнивание уровней развития про­изойдет лишь через несколько веков.

Пятый этап в развитии податной системы на Руси приходится на XIV—XVI вв. В это время сложились усло­вия для перехода к так называемой посошной подати. В те времена в окружающем Русь мире — Восточной и Запад­ной Европе — создавались централизованные государства. Русь долго не могла оставаться в стороне от этих тенден­ций. К тому же после Куликовской битвы 1380 г. в стране начался политический и хозяйственный подъем. С середины XV до середины XVI в. проявился подлинный расцвет зем­леделия и сельского хозяйства. В эти годы в целом и опре­делился переход к новому этапу в развитии налоговой сис­темы — взиманию посошной подати. О «сохе» как виде дани говорится в завещании Великого князя Василия Васи­льевича Темного (1425—1462 гг.). После его смерти писцы должны были переписать земли и обложить «данью по со­хам и по людям». Здесь официально упоминается «соха» как единица податно-налогового обложения. Итак, сборы дани проводились: по людям; по сохам; с учетом экономи­ческой мощи хозяйства. «Соха» как единица обложения по­датью не ассоциировалась с сохой — орудием земледелия. «Соха» — это единица земли, с которой платили подать государю, т. е. Великому князю, в XV—XVI вв., первой по­ловине XVII в. «Соха» определялась также количеством ра­бочей силы, необходимой для обработки определенной зе­мельной площади. С постепенной ликвидацией раздроблен­ности на Руси к взиманию податей в виде «московской сохи» присоединились Ярославское, Тверское и иные княжества. Причем условно к пашне приравнивались другие объекты обложения: мельницы, лавки, лодьи, т. е. различная недви­жимость.

Законодательно посошная подать как основной пря­мой налог в Русском централизованном государстве была закреплена в «Судебнике» Ивана IV 1550 г. Она стала взи­маться со всех земель русских с 1551 г. В основу «сохи» (посошной подати) было положено известное количество земли, которую мог обрабатывать один или несколько че­ловек с одной или несколькими лошадьми. При этом учи­тывалось и количество произведенной продукции, то есть экономическая выгода, получаемая от запашки земли. В. О. Ключевский называл ее «промышленной сохой», имея в виду взимание подати с посадских тягловых людей (мел­ких торговцев и ремесленников). Сох пашенных было две: новгородская — около 45 десятин земли. В отличие от нее московская соха представляла из себя целый пахотный ок­руг. Относясь к служивым землевладельцам (дворянам), соха пашенная здесь в трех полях достигала 1200—1800 десятин земли.

Таким образом, размеры «сохи» зависели от того, воз­можно ли было от той или иной земли, в зависимости от ее площади и плодородия, получить и реализовать столько продукции, чтобы суметь уплатить сумму подати. «Соха» новгородская была намного меньше потому, что в тех мес­тах было мало плодородной земли, служилым людям она не раздавалась, а народ много занимался промыслами и ремеслами, внешней и внутренней торговлей и платил по­дати, видимо, от суммы общих доходов.

«Соха» церковная доходила в трех полях до 1350 деся­тин. Крестьяне, находящиеся на этих и «черных», т. е. госу­дарственных, землях, не несли военной повинности, поэто­му с них брали больше сельских податей.

«Соха» государственных крестьян доходила до 600 де­сятин. Получалось, что «черные» крестьяне с 600 десятин земли платили такую же сумму посошной подати, как слу­жилые люди с 1200 десятин земли, т. е. с них налог брали вдвое больший.

Прямые налоги в Московском государстве до XVII в. состояли из 3-х частей:

1) дани (посошной подати);

2) кормления административных лиц;

3) иных натуральные повинностей.

Вся совокупность денежных платежей и натуральных повинностей называлась тяглом.

Более мелкими, чем «соха», единицами обложения были: «выть» — до 30 десятин земли и «обжа» — до 15 де­сятин.

«Кормы» областным управителям делились на: а) «въез­жий», т. е. при поступлении в управление того или иного лица; б) «постоянные», т. е. годовые, представляемые по двум крупным церковным праздникам: «Петровский» и «Рож­дественский». До главенства Московского княжества «кор­мы» включали «припасы натурой» в виде хлеба, мяса, а также сена для скота. С воцарением Московской Руси и развитием товарно-денежных отношений наместникам ста­ли выдаваться денежные оклады.

История свидетельствует, что и с введением денеж­ных окладов подношения различным должностным лицам сохранились в последующие времена. Но они перестали быть обязательными, приобрели характер даров —» подарков —» —» подкупов должностных лиц.

В XVI—XVII вв., т. е. с появлением единого государ­ства и «помазанием» на царство Ивана IV, значительно воз­росли объемы прямых налогов. При Иване Грозном это мож­но объяснить большими государственными расходами в пе­риод Ливонской войны, а в XVII в. — ликвидацией послед­ствий Смутного времени.

К посошной подати («соха», «выть», «дань») присоеди­нились сборы на:

1) выкуп пленных, особенно уведенных крымскими та­тарами — «полоняничные» деньги;

2) «стрелецкий» хлеб собирался на содержание стре­лецкого войска;

3) «ямские деньги» — на содержание разветвленной с XVI в. сети ямской «гоньбы»;

4) «ямчужные» — или селитряные деньги — на покуп­ку пороха;

5) «засечные» деньги еще раньше собирались на возве­дение «засек» — преград на пути татар к Москве.

Все многочисленные прямые налоги в XVII в. были ук­рупнены, т. е. сведены в три основных:

1) деньги «данные», т. е. сама посошная подать, которую по старинке называли данью;

2) «полоняничные»;

3) «обычные» деньги, здесь не имели в виду оброк с вотчинных крестьян. Ввели оброк при Иване IV с отменой управления наместников и волостелей и соответственно отменой кормления. Вместо них появились выборные зем­ские старосты с целовальниками. На их содержание и был определен государственный налог, названный «оброком» или «откупом».

Для упорядочения налогообложения в XVI в. создава­лись писцовые книги, в которых содержались данные пере­писей пашни и сенокосов, а в XVII в. завели переписные книги для учета численности дворов и населения в них. С помощью «переписных книг» в правление Алексея Ми­хайловича Романова был подготовлен переход к еще более цивилизованной форме прямого налога — к подворной по­дати.

Шестой этап взимания прямого налога — подворно­го — начинает отсчет времени уже после смерти Алексея Михайловича, с 1679 г. Отныне все прямые налоги были сведены в два разряда:

1) стрелецкие деньги;

2) ямские и полоняничные.

Стрелецкий налог теперь платило городское и про­мышленное сельское население, к нему относилось и насе­ление поморских уездов, где хлебопашество не было глав­ным занятием сельских жителей. Все они должны были со­держать стрелецкое войско.

Ямские и полоняничные деньги платили крестьяне: государственные, дворцовые, церковные, вотчинные и по­мещичьи. В том и другом случаях налоги взимались с под­ворий, независимо от того, сколько в них проживало людей.

Несовершенство таких налоговых сборов проявилось уже в первой четверти XVIII в., т. е. в период Петровских реформ. Из-за тяжести налогов и в силу ряда иных причин крестьяне начали целыми семьями покидать свои подво­рья, пополняя ряды беглых, в лучшем случае — казаков. Государству все труднее становилось собирать налоги, по­этому в 1724 г. по указу Петра I в Российской империи перешли к сбору подушного налога. В такой форме — «по душам» мужского пола — его собирали более 160 лет — до реформ Н. X. Бунге — И. А. Вышнеградского.

Противником введения подушного налога выступил со­временник Петра I — Иван Тихонович Посошков (1652— 1726 гг.). Он в 1724 г. опубликовал сочинение «О скудности и богатстве». Книгу эту можно считать первой работой по политической экономии в стране. И. Т. Посошков ратовал за ограничение эксплуатации крестьян со стороны помещи­ков. Он относился к налогам как важнейшему источнику до­ходов государства, поэтому предлагал облагать налогами все социальные слои общества, за исключением духовен­ства. И. Т. Посошков полагал, что в количественном (сум­марном) отношении налоги нужно взимать исходя из до­ходов, которые люди получают, занимаясь промыслами и торговлей, работая на земле. Таким образом, И. Т. Посош­ков впервые в экономической истории России предложил по сути дела перейти к подоходному налогу. Это предло­жение первого российского политэконома опережало вре­мя, в котором он жил, на 200 лет. Петр I не простил вели­кому ученому критику существовавших тогда в России по­рядков: вскоре после ареста И. Т. Посошков умер в Петро­павловской крепости.

Кроме государственных податей — налогов, на Руси существовали торговые пошлины, которые были косвен­ными налогами. Они с периода образования Древнерусско­го государства подразделялись на проезжие и собственно торговые. Широко известен «мыт» — сбор за право прово­за товаров. Люди, осуществлявшие эту функцию, называ­лись мытниками или «мытарями». Был мыт сухой, т. е. сухопутный, его взимали с возов с товарами, а мыт водя­ной брали с лодей с товарами. «Головщина» и «костка (гос — тка)» была сбором с лиц, везущих товар. «Задние кала­чи» — это мелкие сборы с торговых людей, едущих с рын­ка. «Мостовщина» и «перевоз» являлись пошлинами на право проезда торговых людей с товаром через мост и проч.

Собственно торговые пошлины подразделялись на:

1) сборы за подготовительные торговые действия;

2) сборы за право купли-продажи.

За право купли-продажи взимались: «тамга» — сбор за право продать и купить. Слово это одного корня от та­тарского слова «деньги». Иногда вместо тамги этот сбор на­зывали «осмничее» — оно впервые появилось в XII в., т. е. до ордынцев. То и другое взималось как с продавцов, так и с покупателей. Причем дороже эта пошлина взималась с иностранных купцов.

Отказ от разнообразных пошлин произошел с помощью Уставной грамоты 1654 г. Стала взиматься одна пошлина за право торговли — рублевая. С продавца она составляла 5 рублей, с покупателя — 2,5 рубля.

XIX в. принес с собой изменения и в налоговой сфере Российской империи. Косвенными налогами стали акцизные сборы. В условиях отмены крепостного права, победы про­мышленной революции и активизации рыночных отноше­ний изменилось название и суть основного прямого налога.