Несовершенство рынка

Диалектика рынка труда

Доклад «Российский рынок труда: тенденции, институты, структурные изменения» подготовлен коллективом авторов НИУ ВШЭ по заказу Центра стратегических разработок. Краткий обзор основных проблем рынка труда РФ охватил тенденции занятости и безработицы, динамику заработной платы и эволюцию неравенства, а также другие аспекты, важные для осмысления происходящих трансформаций и ближайших перспектив.

Модельные параметры

Доклад, представленный на круглом столе «Структурные преобразования в сфере рынка труда: взгляд работодателя» в РСПП, охватил период с 1991 по 2015 годы. В центре внимания экспертов оказались три этапа, ознаменованные социально-экономическими потрясениями: «лихие» 90-е, «тучные» нулевые и период с 2008 по 2015 годы, символично начавшийся и закончившийся кризисами. Настоящий, четвертый этап еще продолжается, соответственно, анализ его итогов в обзор включен не был.

​За прошедшие два десятилетия в России сложилась специфическая модель рынка труда, ключевой особенностью которой является «приспособление к колебаниям экономической конъюнктуры преимущественно за счет изменений в цене труда, а не за счет изменений в занятости и безработице».

Как утверждают авторы, за прошедшие два десятилетия в России сложилась специфическая модель рынка труда, ключевой особенностью которой является «приспособление к колебаниям экономической конъюнктуры преимущественно за счет изменений в цене труда, а не за счет изменений в занятости и безработице» (см. рис. 1) .

Отечественная модель рынка труда базируется на конфигурации взаимодополняющих друг друга институтов, функ­ционирование которых способст­вует амортизации экономических шоков. Жесткое трудовое законодательство тормозит изменения в занятости, поддерживая ее относительную стабильность, действующие институты МРОТ (минимальный размер оплаты труда) и пассивной политики поддержки безработных обеспечивают низкий порог заработной платы, а большой удельный вес переменной части заработков является эффективным инструментом гибкости, – поясняют эксперты.

Если в развитых странах типичной реакцией на кризисы является уменьшение количества рабочих мест и всплеск безработицы, то Россия раз за разом переживает потрясения с сохранением общей занятости и экономической активности населения, что позволяет говорить о неожиданно успешном функционировании российского рынка труда (далее – РРТ). При этом в бочке меда эксперты усматривают не одну ложку дегтя: нарастающую деформализацию занятости, сохранение старых рабочих мест ценой отказа от создания новых, низкий уровень информационной прозрачности, несоблюдение формальных трудовых договоров и другие «издержки», делающие рассматриваемую систему «моделью для выживания», а не «роста и развития».

Альтернативной точки зрения на РРТ придерживаются авторы доклада «Макроэкономические и структурные свойства российского рынка труда» . По их мнению, представленная в исследовании НИУ ВШЭ концепция являет собой скорее экспертное суждение, нежели научный результат, так как основана не на построенных макромоделях, а на отдельных наблюдениях. Различия, выявляемые при анализе рынков труда России и других стран, в большей степени свидетельст­вуют не о его специфике, а об «условиях, в которых развивалась российская экономика». Сила же большинства связей, присущих РРТ, типична для «формирующихся рынков». Единственная характеристика, благодаря которой рынок труда РФ выделяется на фоне остальных, – крайне высокая эластичность реальной зарплаты по безработице. В целом главной особенностью настоящей «российской модели рынка труда» отмечается «нормальность» – отсутствие «патологий», свойственных рынкам других стран. В качестве объективных предпосылок «нормальности» указываются «скромная роль профсоюзов в оплате труда», «значительный (более трети) удельный вес в структуре зарплаты премий и других выплат», «сравнительно высокая инфляция, позволяющая при необходимости снижать реальную величину зарплаты без изменения ее номинального размера». По причине того, что РРТ достаточно быстро возвращает экономику к состоянию полной занятости, его следует признать эффективным с макроэкономической точки зрения.

Цена стабильности

Оценивая соотношение плюсов и минусов действующей модели (см. табл. 1), авторы подчеркивают, что их баланс «не предполагает однозначного ответа», поскольку «фактические выигрыши и потери при такой форме гибкости рынка труда оказываются тесно переплетены, и их трудно разделить». Последствия, с точки зрения благосостояния общества, также оказываются «очень противоречивыми». В качестве ключевого макроэкономического преимущества РРТ, перевешивающего любые возможные недостатки, отмечается высокая «пластичность» заработной платы, значительно сглаживающая экономические и социальные последствия кризисов. Между тем за стабильную занятость, низкую безработицу и почти нивелированные социальные конфликты расплачивается население, причем в буквальном смысле.

В кризисные периоды работодатели сотрудников не увольняют, но зарплаты снижают. Сама зарплата, в отличие от занятости, вовсе не стабильна: ее гибкость обусловлена крайне низким МРОТ и большой переменной составляющей в виде премий и бонусов. К слову, около четверти официальных выплат в экономике по найму составляют премии, в ряде же секторов они превышают 35 %. Такие выплаты могут легко добавляться и сниматься. Например, при экономическом спаде, что позволяет поддерживать низкий уровень безработицы. Но есть и другая сторона. Высокая гибкость зарплат приводит к парадоксальной бедности работающих граждан. Цифры говорят за себя. Согласно данным опроса «ВЦИОМ-Спутник», средний уровень доходов на одного члена семьи, ниже которого, по мнению соотечественников, наступает бедность, равен 15 506 рублей. А в соответствии с данными опроса, проведенного информационной службой Общественного телевидения России, за 2016 год средняя заработная плата россиян составила всего 15 158 рублей.

Россия – страна с очень высоким уровнем неравенства заработных плат. Если в Италии, например, децильный коэффициент дифференциации доходов составляет 2,17, то в РФ этот показатель в два раза больше – 4,55. Более критичный уровень неравенства наблюдается в Корее, США, Коста-Рике и Колумбии. Потенциальные причины изменения уровня неравенства авторы доклада делят на две группы факторов: связанные с изменениями в спросе и предложении на рынке труда и обусловленные функционированием его институтов (деградацией роли профсою-зов, политикой минимальной заработной платы, налогообложением заработной платы и другими).

Сокращение неравенства заработков в период с 2000 по 2010 годы стало следствием ряда причин, важнейшие из которых связаны со снижением межрегионального неравенства, сокращением отдачи от образования на фоне роста доли высокообразованных работников, перераспределением занятости в отрасли с более высокой производительностью и повышением МРОТ. При этом наблюдаемые факторы на протяжении всего рассматриваемого периода объясняли не более 40 % от общей вариации заработков (см. рис. 2).

На сегодняшний день разница в зарплатах остается значительной даже внутри узких групп проживающих в одной местности работников с идентичными производительными характеристиками. Такое остаточное неравенство также сокращалось с течением времени, но заметно медленнее, чем его объясненная часть. Исследователи полагают, что причиной поддержания высокого уровня остаточного неравенства могут являться различия в заработных платах между предприятиями, связанные с ее гибкостью и низким уровнем конкуренции на товарных рынках, а также факторы, относящиеся к области неравенства возможностей (образование и социальное положение родителей, место рождения, этничность). Именно они оказывают косвенное влияние на нера-венство через доступ к качественному образованию и производительной занятости.

Равная оплата за равный труд является одним из принципов рыночной экономики, однако на РРТ наблюдается иная ситуация. Хрестоматийный пример – недоплата работникам бюджетного сектора по отношению к сопоставимым (с аналогичными наблюдаемыми характеристиками) ра-ботникам сектора небюджетного. Так, за период с января 2000 года по март 2016-го заработная плата работников образования и здравоохранения отставала в среднем на 30-40 % от всей эконо-мики, в то время как зарплата в сфере государственного управления превышала этот показатель на 15-20 % (см. рис. 3).

Причина такого несовпадения – устройство институтов формирования заработной платы, вследствие влияния которых организации бюджетного сектора устанавливают уровни вознаграждения сотрудникам в зависимости от бюджетных ограничений и имеющейся численности, но без привязки к ставкам оплаты на внешнем рынке труда. Такая мера позволяет поддерживать численность занятых, но за счет более низкой оплаты труда. Несмотря на предпринимаемые в разное время попытки восстановить справедливость (повышения МРОТ, введение НСОТ работников бюджетного сектора, указ Президента РФ № 597 ), ликвидировать финансовый разрыв до сих пор не удалось. Для этого необходимы «институциональные преобразования в механизмах зарплато-образования (наряду с возможным увеличением финансирования образования и здравоохранения), которые позволяли бы автоматически поддерживать межсекторный паритет в оплате труда сопоставимых работников».

Капитальные вложения

Помимо зарплатного неравенства и бедности работающего населения, авторы доклада отмечают низкий уровень инвестиций в развитие человеческого капитала, особенно в профессиональное обучение и переобучение работников – важный фактор роста производительности труда.

​Если в развитых странах типичной реакций на кризисы является уменьшение количества ра-бочих мест и всплеск безработицы, то Россия раз за разом переживает потрясения с сохранени-ем общей занятости и экономической активности населения, что позволяет говорить о неожи-данно успешном функционировании российского рынка труда.

Если обращаться к фактам, то охват дополнительным профессиональным образованием в России на протяжении последнего десятилетия оставался примерно на одном уровне. В периоды экономических рецессий (2009-2011 и 2014-2016 годы) доля предприятий, предоставляющих обучение своим сотрудникам, сокращалась, однако показатели вовлеченности работников в про-граммы ДПО практически не менялись (см. рис. 4). Что касается затрат на обучение, в России они составляют всего 0,3 % от фонда оплаты труда – в 5 раз меньше средних вложений некоторых стран ЕС.

При невысоком среднем значении участия работников в ДПО наблюдается существенная межгрупповая вариация в зависимости от образования, профессии и возраста. Например, более всего в процесс дополнительного обучения вовлечены специалисты высшего уровня квалификации (24,2 %), менее – квалифицированные работники сельского хозяйства (1 %). Почти 30 % работников имеют послевузовское образование, 2,5 % – начальное общее или не имеют такового вовсе. Эксперты констатируют: «Чем выше образование и квалификация, тем сильнее вовлеченность в процессы обучения и переобучения. Среди работников с полным средним образованием участие в дополнительном обучении принимает каждый 20-й, а среди работников с высшим образованием – примерно каждый 5-й. Если каждый 4-й специалист ежегодно переобучается, то среди рабочих – лишь каждый 20-й».

Поддержание производительности человеческого капитала на должном уровне требует его постоянного обновления. Особенно значительными инвестиции должны быть в обучение людей старше 45 лет. Между тем в старших возрастных группах охват ДПО является минимальным. Чаще по программам ДПО обучаются молодые работники с высшим образованием, которые трудятся на рабочих местах, требующих высокой квалификации (см. рис. 5). Для сравнения: в Германии ох-ват обучением работников в возрасте 50-59 лет составляет около 50 %, а в Швеции превышает 60.

Подобная селективная стратегия выгодна работодателю – обучение небольшого количества сотрудников позволяет отбирать наиболее способных и эффективных с точки зрения производительности труда. С другой стороны, в невыгодных условиях оказываются возрастные работники, не вписывающиеся в данные критерии. Это приводит к увеличению неравенства и имеет негативные последствия для экономики в целом.

Известно, что спрос на переобучение потенциально повышает производительность, однако сегодня на российском рынке труда охват работников ДПО ограничен по масштабу и сконцентрирован в избранных видах деятельности, профессиях и демографических группах. Возникает парадок-сальная ситуация: те, кто нуждается в обучении в наибольшей степени, оказываются охваченными им в наименьшей. В качестве причины, ограничивающей стимулы работодателей инвестировать в обучение сотрудников, авторы доклада называют общее состояние экономики. В частности, слабую конкуренцию и интенсивность технологического обновления, высокий уровень межфирменной мобильности, высокую долю работников с третичным образованием, которое дает общие навыки, облегчающие неформальное обучение.

Вывод неутешительный: в России уровень человеческого капитала ниже оптимального, причем эта проблема или не решается вовсе, или решается, но малоэффективно. Работодатели либо удовлетворены текущим состоянием дел, либо улучшают качество сотрудников, не прибегая к их до- и переобучению. Решение же проблемы на уровне государственном посредством повышения пенсионного возраста окажется не более результативным, так как приведет к увеличению числа пожилых людей с устаревшими профессиональными навыками. Что делать? Как представляется специалистам, необходимы меры, лежащие за пределами рынка труда. Но это в перспективе. А пока, по словам директора Института социальной политики НИУ ВШЭ Лилии Овчаровой, у нас есть окно возможностей для развития человеческого капитала – значительный класс людей, чьи расходы на базовое потребление не превышают 50 % от доходов, и они готовы вкладываться в собственное развитие. Впрочем,открыто это окно будет недолго.

Переменные составляющие

Сегодня к РРТ предъявляется масса претензий, однако авторы доклада утверждают, что многие проблемы являются не его порождением, а растут из сложившейся политико-экономической модели. Следовательно, разработка методов лечения язв общества должна быть «связана с обращением к сюжетам общего характера»: повышением эффективности государственного регули-рования, совершенствованием бизнес-климата, защитой прав собст­венности, вопросами правоприменения и инфорсмента, корпоративного управления, демографической и миграционной политики и решением других, не менее важных вопросов.

По поводу «переформатирования» самого рынка труда эксперты предупреждают: такое мероприятие будет сопряжено с комплексным изменением всей сложившейся институциональной конфигурации. Подобная реформа – мероприятие трудоемкое и рискованное, несущее с собой «политический риск и сопротивление потенциально проигрывающих групп». Кроме того, на РРТ не наблюдается ни высокой безработицы, ни экономического роста, сочетающегося с растущим дефицитом рабочей силы – условий, которые бы облегчили процесс реформирования. Гипотетический апгрейд рынка труда может быть реализован как сверху – путем госрегулирования, так и снизу – с помощью внутренних и зарубежных инвестиций, направленных на создание предприятий, эффективных с точки зрения организационной структуры и технологий. Однако и в том, и другом случаях шансы на успех невелики. В этой связи возникает вопрос: так ли необходимо в долгосрочной перспективе менять существующую модель?

Вместо непредсказуемых и затратных реформ эксперты предлагают более дешевый и эффективный вариант: «расчистку» нормативной базы от избыточных и устаревших регулятивных норм, включая создание законодательных условий для более гибкой занятости, продолжение работы по модернизации трудового законодательства, последовательную децентрализацию и регионализа-цию основных институциональных якорей – минимальной заработной платы и пособия по безработице. В пристальном рассмотрении также нуждаются процесс укрепления служб занятости и последующий переход защиты от безработицы на страховые принципы. Эти частные меры должны дать четкий сигнал о заинтересованности государства в рационализации рынка труда РФ.

Между тем, старт разумным преобразованиям уже дан. Масштабный инфраструктурный проект «Цифровая экономика Российской Федерации» включен в перечень основных направлений стратегического развития страны до 2018-го и на период до 2025 года. Как заявил на совещании по реализации программы Председатель Правительства РФ Дмитрий Медведев, в ее рамках должны быть решены несколько важнейших задач. Во-первых, расширение поддержки стартапов, малого и среднего бизнеса, занимающихся разработкой и внедрением цифровых технологий. Во-вторых, развитие этих технологий в контексте мировых трендов (отслеживание реализации программ цифровой экономики в других странах, сотрудничество с зарубежными компаниями и дру-гие мероприятия). И, в-третьих, серьёзное переосмысление систем образования и трудоустройст-ва в направлении подготовки «всех, включая людей старшего поколения, пользователей, которые очень далеки от инноваций, к изменениям экономической и социальной жизни».

Обзор подготовила Людмила СУЛЬДИНА.

История развития рынка позволяет выделить следующие его типы: неразвитый, свободный, регулируемый и деформированный.

Неразвитый рынок характеризуется тем, что рыночные отношения носят случайный, чаще всего товарный (бартерный) характер. Но уже и здесь рынок играет определенную роль, способствует дифференциации членов общества, усилению мотивации к развитию производства тех или иных товаров.

Свободный (классический) рынок характеризуется следующими чертами:

1) неограниченное число участников рыночных отношений и свободная конкуренция между ними;

2) абсолютно свободный доступ к любой хозяйственной деятельности всех членов общества;

3) абсолютная мобильность факторов производства; неограниченная свобода передвижения капитала;

4) абсолютная информированность рынка о норме прибыли, спросе, предложении и т.д. ); осуществление принципа рационального поведения рыночных субъектов (оптимизация индивидуального благосостояния в результате прироста доходов — продать подороже, купить подешевле) невозможно без информации;

5) абсолютная однородность одноименных товаров (отсутствие торговых марок и т.д. );

6) ни один участник свободной конкуренции не в состоянии оказать непосредственное влияние на решение другого неэкономическими методами;

7) цены устанавливаются стихийно в ходе свободной конкуренции;

8) отсутствие монополизма (один производитель), монопсонии (один покупатель) и невмешательство государства в функционирование рынка.

Преимущества свободного рынка в том, что он функционирует на основе саморегулирующегося механизма, поворачивается к человеку, через цены на основе спроса создает ориентиры для капиталовложений в производство, развивает инициативу, творчество, стимулирует высокую эффективность труда. Свободный рынок — это бездефицитный рынок.

Но свободный рынок имеет и серьезные недостатки.

1) Рынок приводит к дифференциации в уровне жизни населения, является жестким и безразличным к бедным людям, не обеспечивает социальной защиты населения. Социальные последствия рынка: безработица, разорение, бедность отдельных групп населения. С общечеловеческих позиций рыночное распределение несправедливо, так как не обеспечивает минимального уровня жизни всем. Следовательно, нужно перераспределение.

Распределение на рынке осуществляется на основе полученных доходов. С позиций рыночных отношений любой доход, полученный на основе свободной конкуренции, справедлив. А тот, кто не в состоянии получить этот доход (по состоянию здоровья, старости и т.д. ), обречен на нищенское существование. Рынок не может создать условия реализации права на труд для всех членов общества. Трудоустраиваются только те, на рабочую силу которых имеется спрос.

2) Механизм свободной конкуренции не обеспечивает экономику нужным количеством денежной массы для развития производства. Имеет место нехватка денег.

3) Принципы свободной конкуренции не обеспечивают соблюдение правил и норм поведения в обществе, что приводит к нежелательным эффектам (таким, как загрязнение окружающей среды, загрязнение продуктов питания вредными веществами, развитие наркомании, алкоголизма и т.д. ).

4) Рынок не в состоянии обеспечить общество услугами, в которых нуждается любой человек и от которого никто не получает прибыли (оборона, государственное управление и др.).

5) Рынок реализует научно-технические достижения уже имеющиеся, но не выделяет средства для фундаментальных исследований в науке и технике, а они крайне необходимы для развития общества в отдаленной перспективе.

Свободный рынок — это абстракция. В настоящее время, да и в прошлом (в различных объемах) имеет и имело место регулирование рынка, ибо условиям свободного рынка не отвечает никакая государственность.

Сегодня многие считают, что переход к рыночной экономике означает формирование свободного рынка, ибо только свободный рынок обеспечит полное раскрепощение инициативы и деловой активности людей, улучшение их жизни.

Но в действительности полной свободы нет и быть не может. Еще Н.И.Бухарин отмечал, что хозяйствующий субъект в своих мотивах и действиях зависит от общественной среды, а Г.В.Плеханов подчеркивал, что свобода хозяйственной деятельности не существует сама по себе, а является следствием познания экономических законов и заключается в умении подчиняться им и наивыгоднейшим образом комбинировать свою деятельность в соответствии с объективными взаимосвязями. Дж.Гэлбрейт утверждает, что сегодня не может быть свободного рынка времен А.Смита и кто призывает к этому — это человек с психическим заболеванием клинического характера.

Итак, не может быть полной экономической свободы, но должна быть достаточная экономическая свобода, которая способствует быстрому развитию экономики и которая обеспечивается развитием нормального, цивилизованного, регулируемого рынка.

Цивилизованный (регулируемый) рынок — это результат цивилизации и гуманизации общества, когда государство стремится как-то смягчить удары рынка по интересам отдельных членов общества, но не настолько, чтобы свести на нет мотивацию к творческому, инициативному труду и риску в хозяйственной деятельности.

Следовательно, рынок должен быть регулируемым с тем, чтобы снять или как-то ограничить его отрицательные последствия.

Еще Н.Д.Кондратьев отмечал, что регулирование в рамках капиталистической системы ограничено государственной собственностью и осуществляется косвенно.

Сегодня же некоторые авторы утверждают о недопустимости термина «регулируемый рынок» (называют это «горячим льдом», т.е. абсурдом) на том основании, что рынок есть саморегулирующаяся система.

Дело в том, что рынок может регулироваться:

— с помощью своего собственного рыночного механизма (конкуренции, прибыли, цен, спроса и предложения);

— а также государством прямо и косвенно через госзаказы, налоги и т.д.

Для нас же сегодня крайне важно, как отмечал В.Леонтьев, найти оптимальное сочетание рыночного и государственного регулирования. Пока нет ни одного государства, которое идеально отвечало бы этим требованиям.

Государство в определенной степени обеспечивает условия функционирования рынка, и чрезмерное вмешательство государства в рыночные отношения приводит к их деформации. Наиболее ярким примером деформации рынка может служить рынок в директивно-нормативной экономике, где условия функционирования рынка были таковы, что его положительная роль в развитии экономики была сведена на нет. Отсюда заявления об отсутствии рынка, что не совсем правильно отражало реальность, либо акты купли-продажи существовали. Личное подсобное хозяйство в разные годы носило разную степень товарности, но без него крестьянин не мог бы существовать. Таким образом, рынок в административной экономике был серьезно деформирован.

Основные черты деформации рынка в условиях административно-командной системы:

1) отсутствие многочисленных рыночных субъектов, организующих свою хозяйственную деятельность на основе разных форм собственности;

2) чрезмерная централизация в распределении товарных ресурсов и их движении; отсутствие самостоятельности в коммерческой деятельности;

3) монополизм производителя (большинство предприятий были единственными изготовителями той или иной продукции) и торговца;

4) несбалансированность спроса и предложения, которая с каждым годом возрастает;

5) чрезмерный рост цен, безудержная инфляция — нарушение денежного обращения, бюджетный дефицит, эмиссия денег и т.д. ;

6) расцвет теневой экономики, «серого» и «черного» рынков;

7) развал общенационального рынка, попытка усиления региональных рынков, разгул центробежных сил;

8) замена товарно-денежных отношений товарным (бартерным) обменом;

9) деформация экономических интересов всех субъектов рыночных отношений (например, у торговцев: не продать, а припрятать товар), отсутствие мотивации к эффективному труду, риску в хозяйственной деятельности;

10) отсутствие у потребителя права выбора товара.

Чтобы устранить деформацию рынка, ликвидировать болезни рыночной экономики (безработицу, инфляцию, нестабильность), необходимо создать нормальные условия для функционирования рынка и последующего его развития.

Такими условиями являются:

1) наличие в экономике разнообразных форм собственности (полиморфизм собственности) и многообразных форм хозяйствования, а также свободной конкуренции между ними, абсолютный доступ всех хозяйственников к конкуренции и свобода выхода из нее;

2) достаточное количество производителей (не менее 15 — 20 изготовителей однотипной продукции);

3) свобода выбора партнеров по хозяйственным связям; их равновесие, самостоятельность, независимость и ответственность; возможность самостоятельно заключать контракты и договоры, размещать и принимать заказы; производство на так называемый (условно) неизвестный рынок; возможность свободно распоряжаться частью своих доходов; отсутствие жесткого административного товарного распределения (по карточкам, талонам, фондирование и др.), т.е. свободная купля-продажа;

4) право рыночных субъектов самим устанавливать цены (это не жесткое условие, либо классический рынок как бы задает извне «невидимой рукой» цену покупателям и продавцам); наличие союзов производителей и потребителей как своеобразная реакция на цены, но не устраняющая рынок;

5) свободное маневрирование ресурсами; их наличие, обеспечивающее мобильность в использовании факторов (материальных, трудовых, финансовых) производства для его развития; возможность изменить условия производства, его технологию; свободное перемещение любых капиталов в любую сферу приложения; недогрузка как обязательное условие для функционирования здоровой рыночной экономики;

6) полнота и доступ всех хозяйственников к информации о состоянии рынка;

7) наличие рыночной инфраструктуры, т.е. комплекса отраслей, систем, служб, предприятий, обслуживающих рынок.