Постановление КС РФ 9 п

Постановление Конституционного Суда РФ от 27.05.2003 N 9-П «По делу о проверке конституционности положения статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан П.Н. Белецкого, Г.А. Никовой, Р.В. Рукавишникова, В.Л. Соколовского и Н.И. Таланова»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 27 мая 2003 г. N 9-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ
ПОЛОЖЕНИЯ СТАТЬИ 199 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН
П.Н. БЕЛЕЦКОГО, Г.А. НИКОВОЙ, Р.В. РУКАВИШНИКОВА,
В.Л. СОКОЛОВСКОГО И Н.И. ТАЛАНОВА

Именем Российской Федерации

с участием гражданина П.Н. Белецкого и его представителя — адвоката В.А. Семенова, гражданина Р.В. Рукавишникова и его представителя — адвоката Л.В. Ражновой, гражданина В.Л. Соколовского и его представителей — адвокатов Е.А. Макаровой и Р.Б. Шилоносова, представителя гражданина Н.И. Таланова — адвоката С.В. Огурцова, постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В. Лазарева и представителя Совета Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации — члена Совета Федерации Ю.А. Шарандина,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положения статьи 199 УК Российской Федерации.

Поводом к рассмотрению дела явились жалобы граждан П.Н. Белецкого, Г.А. Никовой, Р.В. Рукавишникова, В.Л. Соколовского и Н.И. Таланова на нарушение их конституционных прав статьей 199 УК Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 25 июня 1998 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации»). Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли содержащееся в оспариваемой статье положение, примененное в делах заявителей, Конституции Российской Федерации.

Поскольку все жалобы касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», соединил дела по этим жалобам в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.В. Селезнева, объяснения сторон и их представителей, выступления приглашенных в заседание полномочного представителя Правительства Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского, а также представителей: от Верховного Суда Российской Федерации — судьи Верховного Суда Российской Федерации А.М. Бризицкого, от Министерства Российской Федерации по налогам и сборам — А.А. Устинова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Статьей 199 УК Российской Федерации предусматривается уголовная ответственность за уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах либо иным способом, а равно от уплаты страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации, совершенное в крупном или особо крупном размере.

Как следует из материалов настоящего дела, гражданин В.Л. Соколовский — генеральный директор ОАО «Поиск», имевшего задолженность по уплате налогов и страховых взносов в государственные внебюджетные фонды в размере более 32 млн. рублей, подписал соглашение об уступке ООО «Динай», учредителем которого он являлся, права требования по простым векселям, которые должны были быть получены ОАО «Поиск» от его должников в счет погашения долгов. Полагая, что тем самым В.Л. Соколовский уклонился от уплаты налогов и страховых взносов с организации «иным способом», органы предварительного расследования предъявили ему обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «в» и «г» части второй статьи 199 УК Российской Федерации. Однако Усинский городской суд Республики Коми, рассматривавший данное уголовное дело, пришел к выводу, что в ходе судебного разбирательства умысел В.Л. Соколовского на совершение инкриминируемого ему преступления доказан не был, операция же по переуступке права требования долга представляет собой разновидность гражданско-правовых сделок и не образует состава преступления, в связи с чем постановил по делу оправдательный приговор.

Граждане П.Н. Белецкий, Г.А. Никова, Р.В. Рукавишников и Н.И. Таланов как руководители различных коммерческих организаций также привлекались к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов, совершенное «иным способом», выразившееся в том, что суммы, подлежавшие внесению в счет погашения задолженности по налогам, были израсходованы ими на хозяйственные нужды. При этом уголовное дело в отношении Г.А. Никовой было прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, Н.И. Таланов осужден по приговору Промышленного районного суда города Оренбурга к двум годам лишения свободы условно, а производство по уголовным делам в отношении П.Н. Белецкого и Р.В. Рукавишникова в настоящее время приостановлено в связи с принятием Конституционным Судом Российской Федерации их жалоб к рассмотрению.

По мнению заявителей, статья 199 УК Российской Федерации в части, предусматривающей уголовную ответственность за уклонение от уплаты налогов «иным способом», как допускающая в силу неопределенности понятия иного способа уклонения от уплаты налогов произвольное истолкование, а следовательно, и применение содержащейся в ней нормы, нарушает конституционные принципы правового государства и равенства всех перед законом и судом, а потому противоречит Конституции Российской Федерации, ее статьям 1 (часть 1), 15, 19 (часть 1), 49, 54 (часть 2), 55 (часть 1) и 57.

2. Согласно Конституции Российской Федерации федеральные налоги и сборы относятся к ведению Российской Федерации (статья 71, пункт «з»), а установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации — к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов (статья 72, пункт «и» части 1). Реализуя вытекающие из названных конституционных норм полномочия и в целях обеспечения исполнения закрепленной в статье 57 Конституции Российской Федерации обязанности каждого платить законно установленные налоги и сборы, федеральный законодатель сформулировал в Налоговом кодексе Российской Федерации такие основные принципы налогообложения, как всеобщность и равенство налогообложения, обязательность учета фактической способности налогоплательщика к уплате налога, обоснованность, недопустимость произвольных налогов, а также налогов, препятствующих реализации гражданами своих конституционных прав, обязательность определения в законе всех элементов налогообложения, толкование неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах в пользу налогоплательщика.

Правовое регулирование в сфере налогообложения, в том числе определение прав и обязанностей участников налоговых правоотношений, установление ответственности за налоговые правонарушения, осуществляется федеральным законодателем исходя не только из предписаний статьи 57 Конституции Российской Федерации, но и из закрепленных Конституцией Российской Федерации основ демократического правового государства, включая признание человека, его прав и свобод высшей ценностью, верховенство и прямое действие Конституции Российской Федерации, гарантированность государственной защиты прав и свобод человека и гражданина, прежде всего права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности и права собственности, а также запрет произвола, справедливость и соразмерность устанавливаемой ответственности конституционно значимым целям (статья 1, часть 1; статья 2; статья 4, часть 2; статья 17, часть 3; статья 34, часть 1; статья 35, часть 2; статья 45, часть 1; статья 55, части 2 и 3).

3. Налоги, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, могут считаться законно установленными лишь при условии, что в законе четко определены объекты налогообложения, налогооблагаемая база, суммы налоговых платежей, категории налогоплательщиков и иные существенные элементы налоговых обязательств, и только при соблюдении указанного условия на налогоплательщика может быть возложена закрепленная статьей 57 Конституции Российской Федерации обязанность и, следовательно, ответственность за ее неисполнение.

В случаях, когда законом предусматриваются те или иные льготы, освобождающие от уплаты налогов или позволяющие снизить сумму налоговых платежей, применительно к соответствующим категориям налогоплательщиков обязанность платить законно установленные налоги предполагает необходимость их уплаты лишь в той части, на которую льготы не распространяются, и именно в этой части на таких налогоплательщиков возлагается ответственность за неуплату законно установленных налогов.

Следовательно, недопустимо установление ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют своим следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются в использовании предоставленных налогоплательщику законом прав, связанных с освобождением на законном основании от уплаты налога или с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и соответственно — оптимального вида платежа.

4. В силу конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) запреты и иные установления, закрепляемые в законе, должны быть определенными, ясными, недвусмысленными. Неопределенность содержания правовой нормы, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 15 июля 1999 года по делу о проверке конституционности отдельных положений Закона РСФСР «О Государственной налоговой службе РСФСР» и Законов Российской Федерации «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» и «О федеральных органах налоговой полиции», допускает возможность неограниченного усмотрения в процессе правоприменения и тем самым — нарушения принципа равенства, а также принципа верховенства закона.

Неопределенность нормы статьи 199 УК Российской Федерации заявители по настоящему делу усматривают в неопределенности понятия «уклонение от уплаты налогов иным способом». Между тем оценка степени определенности содержащихся в законе понятий должна осуществляться исходя не только из самого текста закона, используемых формулировок (в данном случае термина «иной способ»), но и из их места в системе нормативных предписаний.

Законодательство Российской Федерации о налогах к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). Аналогичным образом Уголовный кодекс Российской Федерации (статья 5, часть первая статьи 14) предусматривает, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина; объективное же вменение (применительно к сфере налогообложения — уголовная ответственность за невнесение налога, явившееся результатом невиновного поведения) не допускается.

То обстоятельство, что в диспозиции статьи 199 УК Российской Федерации использован термин «уклонение», указывающий на определенную цель совершаемого деяния — избежать уплаты законно установленных налогов, свидетельствует о том, что состав этого преступления предполагает наличие в действиях виновного лица именно умысла (часть вторая статьи 25 УК Российской Федерации), который в данном случае направлен непосредственно на уклонение от уплаты налога.

Следовательно, применительно к преступлению, предусмотренному статьей 199 УК Российской Федерации, составообразующим может признаваться только такое деяние, которое совершается с умыслом и направлено на избежание уплаты налога в нарушение установленных налоговым законодательством правил. Это обязывает органы, осуществляющие уголовное преследование, не только установить в ходе расследования и судебного рассмотрения конкретного уголовного дела сам факт неуплаты налога, но и доказать противозаконность соответствующих действий (бездействия) налогоплательщика и наличие умысла на уклонение от уплаты налога (пункт 1 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации). Отсутствие в статье 199 УК Российской Федерации перечня конкретных способов уклонения от уплаты законно установленных налогов не дает правоприменителю оснований для произвольного привлечения к уголовной ответственности за неуплату налога, в том числе в случаях, когда налогоплательщик использует не противоречащие закону механизмы уменьшения налоговых платежей или допускает неуплату налога по неосторожности.

Кроме того, как следует из пункта 5 части первой статьи 73 УПК Российской Федерации и статьи 111 Налогового кодекса Российской Федерации, установлению подлежат и обстоятельства, наличие которых исключает привлечение лица к уголовной ответственности за совершение данного преступления (в частности, стихийное бедствие или другие чрезвычайные и непреодолимые обстоятельства, выполнение налогоплательщиком письменных разъяснений по вопросам применения законодательства о налогах, данных налоговым органом или другим уполномоченным государственным органом или их должностными лицами в пределах их компетенции).

5. Таким образом, положение статьи 199 УК Российской Федерации об уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах либо иным способом, а равно от уплаты страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации, совершенное в крупном или особо крупном размере, не нарушает конституционные гарантии прав и свобод человека и гражданина постольку, поскольку названное положение — по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующих правовых норм — предусматривает уголовную ответственность лишь за такие деяния, которые совершаются умышленно и направлены непосредственно на избежание уплаты законно установленного налога в нарушение закрепленных в налоговом законодательстве правил.

Выявленный Конституционным Судом Российской Федерации конституционно-правовой смысл положения статьи 199 УК Российской Федерации в силу статьи 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является общеобязательным, а потому правоприменители, в том числе суды общей юрисдикции при разрешении конкретных дел об уклонении от уплаты налогов и страховых взносов с организаций, не вправе придавать этому положению какое-либо иное значение, расходящееся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении.

Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй статьи 71, статьями 72, 75, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

постановил:

1. Признать положение статьи 199 УК Российской Федерации об уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов с организации путем включения в бухгалтерские документы заведомо искаженных данных о доходах или расходах либо иным способом, а равно от уплаты страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации, совершенное в крупном или особо крупном размере, не противоречащим Конституции Российской Федерации постольку, поскольку названное положение — по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующих правовых норм — предусматривает уголовную ответственность лишь за такие деяния, которые совершаются умышленно и направлены непосредственно на избежание уплаты законно установленного налога в нарушение закрепленных в налоговом законодательстве правил.

Конституционно-правовой смысл данного положения, выявленный в настоящем Постановлении, в силу статьи 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» является общеобязательным и исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

2. Судебные решения по уголовному делу в отношении гражданина Н.И. Таланова, если они основаны на положении статьи 199 УК Российской Федерации в истолковании, расходящемся с его конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру в обычном порядке.

Уголовные дела в отношении граждан П.Н. Белецкого и Р.В. Рукавишникова, находящиеся в настоящее время на рассмотрении в судах общей юрисдикции, подлежат разрешению на основании положения статьи 199 УК Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле, выявленном в настоящем Постановлении.

3. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

4. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Конституционный Суд
Российской Федерации

Постановление Конституционного Суда РФ от 10.07.2007г. N 9-П

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 10 июля 2007 г. N 9-П ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 10 И ПУНКТА 2 СТАТЬИ 13 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ТРУДОВЫХ ПЕНСИЯХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» И АБЗАЦА ТРЕТЬЕГО ПУНКТА 7 ПРАВИЛ УЧЕТА СТРАХОВЫХ ВЗНОСОВ, ВКЛЮЧАЕМЫХ В РАСЧЕТНЫЙ ПЕНСИОННЫЙ КАПИТАЛ, В СВЯЗИ С ЗАПРОСАМИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И УЧАЛИНСКОГО РАЙОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН И ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН А.В. ДОКУКИНА, А.С. МУРАТОВА И Т.В. ШЕСТАКОВОЙ

Именем Российской Федерации

с участием судьи Верховного Суда Российской Федерации А.Н. Зелепукина, представителя гражданина А.В. Докукина — адвоката Л.М. Чуркиной, постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации Е.Б. Мизулиной, представителя Совета Федерации — доктора юридических наук Е.В. Виноградовой, полномочного представителя Правительства Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.Ю. Барщевского,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36, 74, 86, 96, 97, 99, 101, 102 и 104 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности пункта 1 статьи 10 и пункта 2 статьи 13 Федерального закона от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и абзаца третьего пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 июня 2002 года N 407).

Поводом к рассмотрению дела явились запросы Верховного Суда Российской Федерации и Учалинского районного суда Республики Башкортостан, а также жалобы граждан А.В. Докукина, А.С. Муратова и Т.В. Шестаковой. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителями нормативные положения.

Учитывая, что запросы судов и жалобы граждан касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», соединил дела по этим обращениям в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи-докладчика О.С. Хохряковой, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных в заседание представителей: от Пенсионного фонда Российской Федерации — Л.И. Чижик, от Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации — Ю.В. Воронина, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

установил:

1. Федеральным законом от 17 декабря 2001 года «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусматривается, что в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию, включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, застрахованными в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при условии, что за эти периоды уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (пункт 1 статьи 10); при подсчете страхового стажа указанные, а также иные засчитываемые в него периоды после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (пункт 2 статьи 13). Согласно абзацу третьему пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 июня 2002 года N 407), поступившие в Пенсионный фонд Российской Федерации суммы текущих платежей по страховым взносам, а также платежей по страховым взносам за прошлые периоды распределяются по индивидуальным лицевым счетам застрахованных лиц пропорционально суммам начисленных страховых взносов.

1.1. В производстве Верховного Суда Российской Федерации находится дело по иску гражданина А.Н. Елистратова к ОАО «Инзенский «Мехэнергосервис» о перечислении на его индивидуальный лицевой счет в Пенсионный фонд Российской Федерации страховых взносов в сумме 12 220 руб. 16 коп., взыскании недополученной части трудовой пенсии и компенсации морального вреда.

В связи с неполной уплатой работодателем в Пенсионный фонд Российской Федерации страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за 2002 — 2004 годы размер страховой части трудовой пенсии по старости, назначенной А.Н. Елистратову в апреле 2004 года, оказался занижен, и ежемесячно он недополучал 98 руб. 33 коп. Инзенский районный суд Ульяновской области решением от 30 сентября 2004 года, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, частично удовлетворил исковые требования А.Н. Елистратова, обязав управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Инзенском районе Ульяновской области, привлеченное к участию в деле в качестве соответчика, произвести с апреля 2004 года перерасчет страховой части его трудовой пенсии исходя из сумм начисленных страховых взносов за 2002 — 2004 годы, а в удовлетворении требований к ОАО «Инзенский «Мехэнергосервис» отказал.

Считая состоявшиеся по делу судебные постановления незаконными, управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Инзенском районе Ульяновской области обратилось в президиум Ульяновского областного суда, а затем в Верховный Суд Российской Федерации с надзорными жалобами, ссылаясь, в частности, на то, что в силу предписаний статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и иных норм пенсионного законодательства расчет страховой части трудовой пенсии может производиться исходя только из сумм тех страховых взносов, которые фактически поступили в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации и учтены на индивидуальном лицевом счете застрахованного лица; расчет же страховой части пенсии вне зависимости от того, в каком объеме фактически уплачены страховые взносы, противоречит принципам проводимой пенсионной реформы; кроме того, Пенсионный фонд Российской Федерации не может нести ответственность перед застрахованными лицами за недобросовестное исполнение работодателем своих обязанностей по перечислению страховых платежей. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации и передано для рассмотрения по существу в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Аналогичное дело по иску группы работников Учалинского завода железобетонных изделий к управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Учалинском районе и городе Учалы Республики Башкортостан о перерасчете страхового стажа и размера трудовой пенсии по старости находится в производстве Учалинского районного суда Республики Башкортостан. При назначении истцам трудовой пенсии по старости пенсионные органы не включили в их страховой стаж период работы с января 2002 года по сентябрь 2005 года ввиду неполной уплаты работодателем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за этот период и произвели им расчет размера пенсий исходя из сумм фактически уплаченных, а не начисленных страховых взносов.

По мнению Верховного Суда Российской Федерации и Учалинского районного суда Республики Башкортостан, подлежащий применению при разрешении указанных дел пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» не соответствует Конституции Российской Федерации, поскольку допускает распространение на застрахованных лиц неблагоприятных последствий ненадлежащего исполнения работодателем как страхователем своих обязанностей по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в виде невключения в страховой стаж соответствующих периодов трудовой деятельности и снижения размера страховой части трудовой пенсии.

Конституционность пункта 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» оспаривается также гражданином А.С. Муратовым, которому территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации не засчитал в страховой стаж период работы в 2002 — 2004 годах и отказал в установлении размера трудовой пенсии по старости с учетом сумм начисленных за этот период, но не перечисленных работодателем в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации страховых взносов, и гражданкой Т.В. Шестаковой, размер трудовой пенсии по старости которой при перерасчете страховой части пенсии на основании пункта 3 статьи 17 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» оказался ниже, чем у других лиц, выполнявших аналогичную работу и получавших такую же зарплату, но работавших на другом предприятии, по причине неполной уплаты работодателем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за период ее работы после назначения трудовой пенсии.

Заявители утверждают, что пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» фактически ставит реализацию гражданами, работающими по трудовому договору, права на трудовую пенсию в зависимость не от соблюдения ими условий, установленных законом, и выполнения обязанностей, возложенных лично на них, а от того, исполняет ли страхователь (работодатель) свою обязанность по уплате страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации надлежащим образом, т.е. своевременно и в полном объеме, и, следовательно, противоречит конституционным принципам равенства и справедливости, нарушает конституционное право граждан на пенсионное обеспечение, а потому не соответствует статьям 2, 7 (часть 1), 19 (часть 1), 39 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.

1.2. Гражданин А.С. Муратов наряду с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» просит проверить конституционность пункта 2 статьи 13 того же Федерального закона, ссылаясь на то, что содержащаяся в нем норма позволяет лишать гражданина страховой части трудовой пенсии в случае непредставления работодателем в Пенсионный фонд Российской Федерации сведений индивидуального (персонифицированного) учета, которыми подтверждаются засчитываемые в его страховой стаж периоды работы и (или) иной деятельности.

Между тем, как следует из материалов дела, сведения, содержащие все предусмотренные Федеральным законом от 1 апреля 1996 года «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» данные о А.С. Муратове как застрахованном лице, которые необходимы для назначения трудовой пенсии и определения ее размера, в том числе о периодах его трудовой деятельности, начисленных, уплаченных и поступивших за него страховых взносах, были представлены работодателями в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации.

Таким образом, нет оснований полагать, что пунктом 2 статьи 13 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» были нарушены конституционные права заявителя, а потому его жалоба в этой части не является допустимой по смыслу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

1.3. Гражданину А.В. Докукину, получающему трудовую пенсию по старости с 2000 года, решением мирового судьи судебного участка N 1 Пригородного района Свердловской области от 1 ноября 2005 года отказано в удовлетворении исковых требований о понуждении работодателя — МУП «Пригородный райкомхоз», имеющего за период с 1 января 2002 года по 25 июня 2004 года задолженность по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, произвести перечисление на его индивидуальный лицевой счет в Пенсионном фонде Российской Федерации страховых платежей в сумме 8 308 руб. 29 коп. и обязать управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области пересчитать с учетом перечисленных средств размер страховой части трудовой пенсии.

В обоснование своего решения суд указал, что действующее законодательство не содержит положений, позволяющих работодателю осуществлять уплату страховых взносов отдельно за каждого работника; поскольку же в соответствии с абзацем третьим пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, поступившие в Пенсионный фонд Российской Федерации суммы текущих платежей по страховым взносам, а также платежей по страховым взносам за прошлые периоды распределяются по индивидуальным лицевым счетам застрахованных лиц пропорционально суммам начисленных страховых взносов, в случае перечисления в Пенсионный фонд Российской Федерации своевременно не уплаченных за А.В. Докукина страховых взносов их сумма будет распределена по индивидуальным лицевым счетам всех застрахованных лиц, работающих на данном предприятии.

По мнению А.В. Докукина, установленный Правительством Российской Федерации порядок распределения поступивших в Пенсионный фонд Российской Федерации от работодателя страховых взносов фактически лишает застрахованных лиц возможности защиты своих пенсионных прав, нарушенных в результате недобросовестного выполнения работодателем обязанности по своевременной и в полном объеме уплате страховых взносов, что противоречит требованиям статей 2, 7 (часть 1), 39 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 27 января 2004 года N 1-П, нормативный акт Правительства Российской Федерации может быть проверен в порядке конституционного судопроизводства по жалобе гражданина в связи с конкретным делом лишь в случае, если такой акт принят во исполнение полномочия, возложенного на Правительство Российской Федерации федеральным законом, по вопросу, не получившему содержательной регламентации в этом законе, и именно на основании такого уполномочия Правительство Российской Федерации непосредственно осуществило правовое регулирование соответствующих общественных отношений.

Поскольку Правила учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, отвечают указанным требованиям, а именно приняты Правительством Российской Федерации во исполнение полномочия, возложенного на него Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (часть вторая статьи 20), и сам этот Федеральный закон не регулирует порядок учета страховых взносов, поступающих за застрахованных лиц в Пенсионный фонд Российской Федерации, жалоба А.В. Докукина в силу приведенной правовой позиции является допустимой.

1.4. Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу являются взаимосвязанные нормативные положения пункта 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и абзаца третьего пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, в той части, в какой они относятся к застрахованным лицам, работавшим по трудовому договору, и определяют условия приобретения ими права на трудовую пенсию и размер ее страховой части.

Страницы: 123