Тарханы банк

В. КРЕСТИН, председатель правления КБ «Московский Капитал»: «Я благодарен всем нашим клиентам, которые были с банком на протяжении этого десятилетия. Хочу сказать спасибо всем тем, кто оставался рядом с нами не только в светлые и спокойные времена. Я уверен, наше сотрудничество – это долгий путь»

NBJ № 9(11), 2004
«Пережитые кризисы сделали нас сильнее», стр. 58–59

Недаром говорят: хочешь рассмешить судьбу – расскажи ей о своих планах. Банк «Московский Капитал», отметивший в 2004 году свое десятилетие, был уверен тогда, что будет жить долго и счастливо, поднимаясь все выше и выше по рейтинговым лестницам (в 2004 году он входил в число 200 крупнейших банков России как по величине собственного капитала, так и по размеру чистых активов).
Казалось бы, три с половиной года, последовавшие за юбилеем, подтверждали оптимизм собственников и управленцев Московского Капитала (кстати, собственниками и управленцами были одни и те же лица – Виктор и Роман Крестины). По состоянию на 1 июля 2008 года ООО «КБ Московский Капитал», по данным ЦЭА «Интерфакс», занимал 86-е место в рейтинге банков России. «МосКап», как называли его на рынке, являлся уполномоченным банком правительства Москвы и официальным партнером Олимпийского комитета России. Никто всерьез не ставил под сомнение тот факт, что Московский Капитал относится к числу социально значимых финансовых организаций, и меньше всего в этом сомневались собственники актива.
Изменилось все, как в сказке, в один день. Крах Lehman Brothers парализовал рынки межбанковского кредитования по всему миру – в том числе и в далекой от него России. Жертвами дефицита короткой ликвидности пали сразу несколько банков: Связь-Банк, ГЛОБЭКС, «КИТ Финанс». За ними последовали жертвы паники вкладчиков и, возможно, жертвы чернопиаровских атак со стороны недобросовестных конкурентов: Русский банк развития, банк «Северная Казна» и др.
Московский Капитал финансовые бури, казалось, не задевали. Первый заместитель председателя правления банка Роман Крестин (хочется написать «тогдашний первый заместитель», но последующего у «МосКапа» не было) в середине ноября 2008 года утверждал: «Колоссальный опыт, который Московский Капитал получил вследствие не одного кризиса, пережитого нами за последние 10 лет, позволяет мне говорить о том, что у нас есть перспективы. Банк является социально значимым в своей отрасли и впредь будет только укреплять позиции на рынке». Правда, в уверенных речах одного из собственников Московского Капитала нет-нет да проскальзывали нотки раздражения. «Главное в данной ситуации – это доверие между банком и клиентом. Потому что если бы граждане с таким ажиотажем не опустошали банки, последним не пришлось бы задерживать выплаты», – объяснял нерасторопность банка при возвращении вкладов Роман Крестин.
Сложно сказать, понимали ли акционеры Московского Капитала в ноябре 2008 года, что их актив обречен и ему остается жить считанные дни. 10 декабря 2008 года Центральный банк приостановил деятельность органов управления Московского Капитала и в тот же день отправил банк на санацию в Агентство по страхованию вкладов. Собственники «МосКапа» не ошиблись в своих предположениях: банк был признан системно значимым, поэтому его не оставили на произвол судьбы. Но вот дальше началось нечто новое: АСВ разделило Московский Капитал на «хорошую» и «плохую» части, отдало «хорошую» часть активов частному санатору, а «плохую» ликвидировало вместе с брендом банка.
За почти восемь лет после событий, ставших роковыми для Московского Капитала, аналогичных примеров – когда банки «падали» из-за недооценки рисков и увлечения кредитованием небанковских бизнесов своих собственников – было более чем достаточно. Пожалуй, единственное, чем выделился на общем фоне «МосКап», – то, что в его случае была задействована вышеприведенная схема оздоровления. АСВ тогда потренировалось на нем, чтобы потом еще не раз применить эту схему.