Ухудшение жилищных условий

Неумышленное, но «намеренное» ухудшение жилищных условий.

Александр Усков, юрист Группы компаний «ГЕМА»

Многие из нас со временем начинают задумываться об улучшении своих жилищных условий – в связи с расширением семьи, переездом в другой город или просто с возникновением желания пожить в более просторной и благоустроенной квартире со своими родными и близкими. И часто делают это не без помощи государства, которое во многих случаях может предоставить как само жилое помещение, так и субсидию на его приобретение. Но порой не все до конца понимают понятие намеренного ухудшения жилищных условий, и недооценивают его последствия. В итоге, в постановке на учет в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий, государственные и муниципальные органы отвечают отказом, а вы получаете право быть принятым на учет не ранее, чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.
Всегда ли намеренное ухудшение жилищных условий действительно является «намеренным»?

Супруги Р., действующие также в интересах несовершеннолетнего сына, обратились в управу района Южное Тушино СЗАО г. Москвы с заявлением о признании нуждающимися в содействии г. Москвы в приобретении жилых помещений в рамках городских жилищных программ. Распоряжением управы района в удовлетворении заявления им было отказано на основании статьи 10 Закона г. Москвы от 14 июня 2006 г. N 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» ссылаясь на то, что за последние пять лет, предшествовавшие подаче заявления, супруг совершил действия, повлекшие ухудшение жилищных условий. Истцы полагают, что отказ в признании их нуждающимися в содействии г. Москвы в приобретении жилых помещений в рамках городских жилищных программ является незаконным, поскольку супругом Р. ухудшения жилищных условий в данном случае не допущено. Решением Тушинского районного суда г. Москвы в удовлетворении заявленных требований отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда решение районного суда оставлено без изменения. В надзорной жалобе супругом Р. ставился вопрос о ее передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации и отмене вынесенных по делу судебных постановлений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, супруга Р. зарегистрирована и проживает в трехкомнатной приватизированной квартире площадью 56,1 кв. метров, жилой площадью 39,6 кв. метров в качестве члена семьи собственников жилого помещения: её отца и матери. В квартире также зарегистрирована и проживает дочь собственников жилого помещения – сестра Р.

Супруг Р. проживал в двухкомнатной приватизированной квартире площадью 51,6 кв. метров, жилой площадью 30,1 кв. метров, в которой также проживают его отец и брат.
Впоследствии между супругами Р. был заключен брак, после чего супруг Р. был вселен в квартиру к супруге Р., с согласия собственников квартиры и всех проживающих в данном жилом помещении граждан в качестве её мужа. Спустя некоторое время у супругов родился сын, который был зарегистрирован и вселен в жилое помещение по месту жительства родителей.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что переселение Р. из двухкомнатной квартиры, где он проживал ранее, в трехкомнатную квартиру к супруге, является действием, повлекшим ухудшение жилищных условий, что в силу статьи 53 и пункта 3 части 1 статьи 54 Жилищного кодекса Российской Федерации препятствует постановке на очередь нуждающихся в содействии г. Москвы в приобретении жилых помещений в рамках городских жилищных программ.
Между тем, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям законодательства, суд неправильно применил нормы материального права.

Из содержания статьи 53 ЖК РФ следует, что действиями по ухудшению жилищных условий, препятствующими принятию граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях в течение пяти лет с момента их совершения, являются действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях.
В соответствии со статьей 9 Закона г. Москвы «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» в целях установления уровня обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения для принятия их на жилищный учет исчисляется размер площади жилого помещения, приходящейся на долю каждого члена семьи заявителя. Учетная норма устанавливается в размере 10 квадратных метров площади жилого помещения для отдельных квартир.

Судом установлено и из материалов дела следует, что после вселения супруга Р. в квартиру, площадь жилого помещения, приходящаяся на каждого проживающего в ней гражданина, составила 11,22 кв. метров.

После вселения в указанную квартиру новорожденного сына супругов, площадь жилого помещения, приходящаяся на каждого из проживающих в квартире граждан, составила 9,35 кв. метров.

Таким образом, поскольку после вселения супруга Р. в квартиру, площадь жилого помещения, приходящаяся на каждого гражданина, проживающего в данной квартире, была более учетной нормы, установленной пунктом 3 статьи 9 Закона г. Москвы «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения». Нуждаемость в жилых помещениях у истцов возникла после рождения сына и вселения его в указанную квартиру, постольку у суда не имелось оснований для признания действий Р. по вселению в квартиру к супруге и проживающим с ней родственникам ухудшением жилищных условий.

Вывод суда о том, что Р. ухудшил свои жилищные условия, поскольку размер площади жилого помещения, приходившийся на него в двухкомнатной квартире 17,2 кв. метров в связи с переселением в трехкомнатную квартиру к супруге уменьшился до 11,22 кв. метров, является неправильным, поскольку действующее законодательство ухудшение жилищных условий связывает не с любыми действиями, приведшими к уменьшению площади жилого помещения, а только с такими действиями, в результате которых возникла нуждаемость в жилых помещениях. Однако такой нуждаемости у Р. в связи с вселением в квартиру не возникло.

По смыслу статьи 53 Жилищного кодекса Российской Федерации совершение действий по ухудшению жилищных условий препятствует принятию на учет только тех граждан, которые совершили эти действия. Права иных граждан быть принятыми и состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях при наличии к тому предусмотренных законом оснований не могут быть ограничены в связи с совершением кем бы то ни было действий по ухудшению жилищных условий.

Между тем, отказывая в удовлетворении требований супруги Р., действующей также в интересах своего несовершеннолетнего сына, о признании их нуждающимися в содействии г. Москвы в приобретении жилых помещений в рамках городских жилищных программ, ни управа района Южное Тушино СЗАО г. Москвы, ни судебные инстанции не учли, что предусмотренных статьей 53 Жилищного кодекса Российской Федерации оснований для отказа ей, действующей также в интересах сына, в удовлетворении указанных требований не имеется, поскольку ни супруг Р., ни супруга Р., не совершали за пять лет, предшествовавших подаче заявления, действий по ухудшению жилищных условий.

Другой случай неправильного применения судами норм материального права произошел в Вологодской области.

Гражданин П. обратился в суд с заявлением к мэрии г. Череповца о признании постановления мэрии г. Череповца незаконным в части снятия его с учета граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, и восстановлении его на учете граждан, нуждающихся в жилых помещениях.

В обоснование заявленных требований П. ссылался на то, что на основании договора купли-продажи он является собственником двухкомнатной квартиры. Общая площадь квартиры составляет 36 кв. метров, жилая — 22,7 кв. П. является инвалидом второй группы вследствие ранения, полученного во время Второй мировой войны, а также участником Великой Отечественной войны. Группа инвалидности ему установлена пожизненно, а спустя несколько лет он становится нуждающимся в постоянном уходе. В указанной квартире проживает со своей женой, страдающей рядом заболеваний, и ей одной тяжело ухаживать за ним.

Позднее, с целью ухода за ним и его женой в указанную квартиру в качестве членов их семьи вселилась его внучка — М. вместе со своим сыном Н. Впоследствии М. и ее несовершеннолетний сын были постоянно зарегистрированы в указанной квартире. Брак у внучки расторгнут за год до вселения к П. Ранее внучка и ее несовершеннолетний сын проживали в двухкомнатной квартире дочери П. — С. Данная квартира была приватизирована на С. и М. по 1/2 доле каждому. Внучка М. отказалась от участия в приватизации квартиры.

Постановлением мэрии г. Череповца «О принятии граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях» П. был принят на учет в льготную очередь ветеранов Великой Отечественной войны. При этом перед постановкой на очередь для получения жилья в мэрию г. Череповца им был предоставлен пакет документов, в том числе справки с предыдущего места жительства М. и Н.

Однако затем постановлением мэрии г. Череповца он был снят с учета граждан нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, в связи с утратой оснований, дающих право на получение жилья. Позднее жилищным управлением мэрии г. Череповца ему письменно сообщили о снятии с учета ввиду намеренного ухудшения жилищных условий, выразившегося во вселении в квартиру в качестве членов семьи внучки М. с ребенком. В период с момента его постановки на данный учет и до момента снятия с учета каких-либо изменений в его жилищных и семейных условиях не происходило.

Указанное постановление мэрии г. Череповца в части снятия его с учета граждан нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, П. считает незаконным.

Решением Череповецкого городского суда Вологодской области в удовлетворении заявленных П. требований отказано. Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Вологодского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения. В надзорной жалобе гражданином П. ставится вопрос об отмене указанных судебных постановлений и направления дела на новое судебное рассмотрение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации нашла жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Суд первой инстанции, разрешая дело и отказывая в удовлетворении заявленных требований, сослался на статью 53 Жилищного кодекса Российской Федерации, регулирующую последствия намеренного ухудшения гражданами своих жилищных условий, и указал, что решение жилищного управления мэрии г. Череповца о снятии П. с учета нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, является правомерным, поскольку П. до вселения к нему его внучки М. и правнука Н. был обеспечен жилым помещением более нормы предоставления; последние по прежнему месту жительства были также обеспечены жильем по учетной норме. Между тем, с выводами судов первой и кассационной инстанций нельзя согласиться, поскольку они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права. Также судом допущены существенные нарушения норм процессуального права.

Вселение в квартиру внучки М. с ее несовершеннолетним сыном имело место за четыре года до внесения указанных изменений в Федеральный закон «О ветеранах», и было обусловлено необходимостью осуществления за П. постоянного постороннего ухода. Данное обстоятельство, как следует из материалов дела, никем в суде не оспаривалось.

По смыслу статьи 53 ЖК РФ (на которую сослался суд, разрешая дело), ограничения в постановке граждан на учет нуждающихся в жилых помещениях должны считаться допустимыми лишь в том случае, если гражданами совершались умышленные действия с целью создания искусственного ухудшения жилищных условий, могущих привести к состоянию, требующему участия со стороны органов государственной власти и местного самоуправления в обеспечении их другим жильем. При этом применение этой нормы права должно осуществляться во взаимосвязи с пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
Между тем, суд первой инстанции не выяснил и не отразил в решении, в чем выразился умысел и недобросовестность П. при вселении родственников в квартиру, учитывая, что его право как ветерана Великой Отечественной войны на обеспечение жильем за счет средств федерального бюджета возникло в связи с изменениями, внесенными 21 декабря 2009 г. в Федеральный закон «О ветеранах». Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда от 21 июля 2010 г. без изменения, на допущенные судом первой инстанции нарушения внимания не обратил. Указанные выше требования закона судом не были учтены при рассмотрении возникшего спора и привели к неправильному разрешению дела.

На основании изложенного состоявшиеся судебные постановления нельзя признать законными и они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В дополнение к вышеперечисленному имеет смысл обратить внимание на Определение Конституционного Суда РФ от 19.04.2007 N 258-О-О, которым разъяснено, что по смыслу ст. 53 ЖК РФ (которая сама по себе не может рассматриваться как нарушающая какие-либо права и свободы заявителя) и соответствующих норм законодательства субъекта РФ ограничения в постановке граждан на учет нуждающихся в жилых помещениях должны считаться допустимыми лишь в том случае, если гражданами совершались умышленные действия с целью создания искусственного ухудшения жилищных условий, могущих привести к состоянию, требующему участия со стороны органов государственной власти и местного самоуправления в обеспечении их другим жильем. Буквальное толкование данного разъяснения КС РФ может привести к применению ст. 53 ЖК РФ только после вступившего в законную силу приговора суда, которым установлены указанные выше умышленные действия.
Как заключение к данной статье, хочу обратить внимание на следующее.

Федеральное законодательство (а именно – статья 53 ЖК РФ) содержит лишь последствия ухудшения, в то время как детальный перечень деяний граждан, влекущих их намеренность, в нем отсутствует, а содержится лишь в региональных нормативно-правовых актах. Однако вопрос об улучшении жилищных условий всё чаще выносится на федеральный уровень (например, в связи с недавним формированием окончательной нормативно-правовой базы о предоставлении субсидий федеральным государственным гражданским служащим), где уже на сегодняшний день возникает немало вопросов о критериях умышленности действий по ухудшению жилищных условий для получения права быть принятыми на учет, несмотря на попытку конкретизации этих действий в соответствующих Правилах (утв. Постановлением Правительства РФ № 63 от 27.01.2009 г.). По сути, все это дает чиновникам, принимающим решения о постановке нуждающихся на учет, практически неограниченную свободу выбора – имело ли место ухудшение или нет, ведь ухудшение жилищных условий может выражаться в самых различных формах и действиях.

Главное и основное доказательство должно состоять в том, что между действиями гражданина и целью таких действий (постановка на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении) должна быть установлена прямая причинная связь. Косвенные обстоятельства и догадки без документального подтверждения не могут расцениваться как намеренность и не должны быть препятствием для постановки граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, ведь практика свидетельствует, что в большинстве случаев граждане, ухудшившие свои жилищные условия, делали это не намеренно с целью постановки на учет.

Чтобы исключить злоупотребления в этой сфере, (а ведь нельзя не отметить, что злоупотребления могут носить в том числе и коррупционный характер), считаю целесообразным детально раскрыть все обстоятельства, указывающие на намеренность таких действий на уровне федерального законодательства, в том числе и для того, чтобы органы государственной власти и местного самоуправления в основаниях для отказа в постановке на учет или для снятия с учета не ограничивались сухим цитированием статьи 53 ЖК РФ. При этом следует учитывать как региональную нормотворческую практику, так и сложившуюся судебную практику данной категории дел.

В свою очередь гражданам хочу посоветовать тщательно продумывать совершаемые (планируемые) сделки с жилыми помещениями, а также иные действия, связанные с ними – не исключено, что наличие «лишнего» жилья (которым вы де-факто не пользуетесь или пользоваться не сможете) значительно усложнит процесс реального улучшения своих жилищных условий. Конечно, только в том случае, если Вы собираетесь обращаться за помощью к государству. А как поступать – решать только Вам.Для написания статьи были использованы следующие источники:

  • Определение Верховного Суда РФ от 15.03.2011 № 5-В10-102
  • Определение Верховного Суда РФ от 21.06.2011 № 2-В11-1
  • Определение Конституционного Суда РФ от 19.04.2007 № 258-О-О
  • Постановление Правительства РФ от 27.01.2009 № 63

Статьей 53 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено: граждане, свершившие действия, по результату они могут быть признаны нуждающимися в получении жилого помещения, принимаются органом местного самоуправления в очередь по истечении 5 лет со дня свершения таких действий. Законодательство не дает описания таких действий, не раскрывают их сути. В результате чего наличие (отсутствие) намеренности в ухудшении жилищных условий устанавливается судебным разбирательством. Поскольку на сегодняшний день судебная практика по признанию действий намеренным ухудшением сложилась, можем описать такие действия.

Ухудшением жилищных условий является вселение и регистрация по месту жительства третьих лиц в качестве членов семьи. Например, молодая семья из трех человек занимает двухкомнатную квартиру площадью 48,1 кв. м, собственную, в которую регистрирует кого-нибудь из родителей. Это – ухудшение жилищных условий. При чем, даже по прошествии 5 лет после прописки муниципалитет может отказать в постановке на учет, если окажется, что у родителя есть или было жилое помещение в собственности или в пользовании.

Ухудшением жилищных условий являются все сделки по отчуждению жилых помещений или долей жилых помещений. Это: дарение, продажа, мены жилого помещения, в результате которой у семьи стало меньше площади, является ухудшением жилищных условий.

Какие же действия не будут считаться намеренным ухудшением жилищных условий?

Рождение ребенка. В результате появления малыша доля площади каждого члена семьи уменьшается, что приводит к нуждаемости. Но появление ребенка в семье не будет считаться намеренным ухудшением жилищных условий. К этому же относится и усыновление, хотя семья и не обязана представлять в муниципалитет сведения об усыновлении – вполне достаточно представления свидетельства о рождении принятого в семью ребенка.

Вселение (прописка) в жилое помещение супруга (супруги). Регистрация по месту жительства жены к мужу или мужа к жене не является намеренным ухудшением жилищных условий. Вселение (прописка) родителей, братьев, сестер, других близких и дальних родственников будет ухудшением, а вот супругов – нет.

Продажа (любое отчуждение – дарение, например) доли собственности в квартире, с одновременным приобретением отдельного жилого помещения гражданином или всей его семьей, также не будет считаться намеренным ухудшением. Просто же продажа доли, без приобретения иного помещения, или доли – будет считаться ухудшением.

Продажа жилого помещения с одновременной покупкой другого помещения, большей площадью. Это – естественно, также не является ухудшением жилищных условий, когда вы из маленькой квартирки переезжаете в большую, но обеспеченность площадью все еще не дотягивает до нормы.

Намеренное ухудшение жилищных условий: норма и практика применения

Соавторы:

1. И.В. Максимчук, начальник управления по жилищной политике администрации г. Волгограда, кандидат экономических наук, действительный муниципальный советник Волгоградской области 1 класса;

2. Р.Н. Мальцев, главный специалист отдела нормотворческой деятельности и представительства в судебных органах управления по жилищной политике администрации г. Волгограда.

Намеренное ухудшение жилищных условий является новеллой Жилищного кодекса РФ. Статья 53 Жилищного кодекса РФ «Последствия намеренного ухудшения гражданами своих жилищных условий» установила новые правила, неизвестные прежнему жилищному законодательству.

Так, из содержания указанной статьи следует, что граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

К сожалению, законодатель не предусмотрел, какие именно действия могут послужить основанием для применения данной нормы. Кроме того, далеко не всегда можно установить намеренность действий, ухудшающих жилищные условия.

В настоящее время на вопросы, что признавать намеренным ухудшением жилищных условий, в каких случаях следует отличать реализацию прав граждан от ухудшения своих жилищных условий, какие действия не могут расцениваться, как намеренное ухудшения жилищных условий, не может быть дан четкий ответ.

К примеру, семья из 3 человек проживает в квартире общей площадью 42 кв. м. Обеспеченность общей площадью жилого помещения на каждого члена семьи составляет 14 кв. м. Затем в указанную квартиру переезжает и регистрируется по месту жительства родственник и количество квадратных метров, приходящихся на одного человека, уменьшается до 10,5 кв. м.

Важно пояснить, что Жилищный кодекс РФ в отличие от ранее действующего Жилищного кодекса РСФСР большинство отношений, связанных с признанием нуждающимся в улучшении жилищных условий и предоставлением жилых помещений, регулирует исходя из общей площади жилого помещения, а не жилой площади.

Так, учетной нормой площади жилого помещения (далее — учетная норма) является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется уровень обеспеченности граждан общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Учетная норма устанавливается органом местного самоуправления (части 4, 5 статьи 50 ЖК РФ)

К примеру, в Волгограде в соответствии с пунктом 1.1 постановления Волгоградского городского совета народных депутатов от 15.06.2005 г. № 19/342 «Об утверждении учетной нормы площади жилого помещения и нормы предоставления жилого помещения по договору социального найма в Волгограде» с 01 марта 2005 года установлена учетная норма площади жилого помещения в Волгограде для признания граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях при обеспеченности в размере не более 11 кв. м общей площади жилого помещения, приходящихся на одного человека.

В указанном примере до вселения четвертого члена семьи граждане были обеспечены общей площадью жилого помещения более учетной нормы (14,2 кв. м на каждого) и не могли быть признаны нуждающимися в улучшении жилищных условий и поставлены на соответствующий учет. Но после вселения обеспеченность стала менее учетной нормы, и у органов местного самоуправления возникла обязанность по постановке семьи на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма.

Действительно, как справедливо отмечают авторы, обеспечение общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы (ч.1 ст.51 ЖК РФ) будет служить основанием для принятия граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях. Однако одного только уменьшения размера общей площади жилого помещения не достаточно для принятия граждан на учет, поскольку согласно ч.2 ст.52 ЖК РФ состоят на учете имеют право только определенные категории граждан: 1) малоимущие (ими являются граждане, если они признаны таковыми органом местного самоуправления в порядке, установленном законом соответствующего субъекта Российской Федерации, с учетом дохода, приходящегося на каждого члена семьи, и стоимости имущества, находящегося в собственности членов семьи и подлежащего налогообложению) и 2) иные определенные федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации категории граждан (например, сотрудники милиции, педагогические работники образовательных учреждений).

В связи с изложенным сразу возникает несколько существенных вопросов:

  • Считаются ли подобные действия намеренным ухудшением жилищных условий или же это реализации права на свободу передвижения?

  • Как определить и юридически констатировать, что совершенное действие является намеренным ухудшением жилищных условий?

  • Какими нормативными актами руководствуются органы местного самоуправления при разрешении указанных ситуаций?

Для юридической оценки всех обстоятельств и дачи правового заключения следует учитывать, что установление перечня действий, являющих намеренным ухудшением жилищных условий, находится в совместном ведении Российской Федерации и органов государственной власти субъекта РФ.

В соответствии со статьей 13 Жилищного кодекса РФ к компетенции органов государственной власти субъекта РФ в области жилищных отношений относится определение порядка предоставления по договорам социального найма установленным соответствующим законом субъекта РФ категориям граждан жилых помещений жилищного фонда субъекта РФ; определение порядка ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма; иные вопросы, отнесенные к компетенции органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области жилищных отношений Конституцией Российской Федерации, Жилищным кодексом, другими федеральными законами и не отнесенные к компетенции органов государственной власти Российской Федерации, компетенции органов местного самоуправления.

Само по себе перечисление в Законе субъекта Российской Федерации действий, повлекших ухудшение жилищных условий, а также последствий таких действий, не свидетельствует о противоречии данной нормы статье 53 Жилищного кодекса. Данной федеральной нормой непосредственно перечень намеренных действий, с которыми законодатель связывает ухудшение жилищных условий, не установлен, а, следовательно, нет правовых оснований говорить о расширении законодателем субъекта Российской Федерации этого перечня.

Указанная правовая позиция нашла свое отражение в Определении Верховного Суда РФ от 11.07.2007 г. № 5-Г07-56 «Об оставлении без изменения решения Верховного Суда РФ от 13.03.2007», которым было оставлено без удовлетворения заявление о признании недействующими отдельных положений Закона г. Москвы от 14.06.2006 № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» и Закона г. Москвы от 25.01.2006 № 7 «О порядке признания жителей города Москвы малоимущими в целях постановки их на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях».

Однако в большинстве субъектов РФ органами государственной власти субъектов РФ не приняты законы, регламентирующие указанные выше действия.

Из 83 субъектов РФ только в 15 приняты правовые акты, регламентирующие вышеуказанные вопросы.

№№

Наименование субъекта РФ

Реквизиты нормативно-правового акта

Москва

Закон г. Москвы от 14.06.2006 г. № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения»

Санкт-Петербург

Закон Санкт-Петербурга от 28.07.2004 г. № 409-61 «О содействии Санкт-Петербурга в улучшении жилищных условий граждан»

Алтайский край

Закон Алтайского края от 12.12.2006 г. № 136-ЗС «О предоставлении жилых помещений государственного жилищного фонда Алтайского края»

Тюменская

область

Закон Тюменской области от 07.10.1999 г. № 137 «О порядке учета граждан, нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых им по договорам социального найма, и предоставления жилых помещений в Тюменской области»

Свердловская

область

Областной закон Свердловской области от 22.07.2005 г. № 97-ОЗ «Об учете малоимущих граждан в качестве нуждающихся в предоставляемых по договорам социального найма жилых помещениях муниципального жилищного фонда на территории Свердловской области»

Краснодарский край

Закон Краснодарского края от 29.12.2008 г. № 1655-КЗ «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях»

Нижегородская

область

Закон Нижегородской области от 16.11.2005 г. № 179-З «О порядке ведения органами местного самоуправления городских округов и поселений Нижегородской области учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма»

Республика Марий Эл

Закон Республики Марий Эл от 11.05.2005 г. № 13-З «О регулировании отдельных жилищных отношений в Республике Марий Эл»

Псковская область

Закон Псковской области от 10.07.2006 г. № 566-оз «О порядке ведения учета малоимущих граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, а также о порядке определения общей площади предоставляемого жилого помещения и установлении периода, предшествующего предоставлению жилого помещения по договору социального найма, в случаях, предусмотренных статьей 57 Жилищного кодекса РФ»

Магаданская

область

Закон Магаданской области от 29.07.2005 г. № 610-ОЗ «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма»

Республика

Карелия

Закон Республики Карелия от 06.02.2006 г. № 958-ЗРК «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, и некоторых вопросах предоставления жилых помещений по договорам социального найма в Республике Карелия»

Ямало-Ненецкий автономный округ

Закон ЯНАО от 30.05.2005 г. № 36-ЗАО «О порядке обеспечения жильем граждан, проживающих в Ямало-Ненецком автономном округе»

Ханты-Мансийский

автономный

округ – Югра

Закон ХМАО – Югры от 06.07.2005 г. № 57-оз «О регулировании отдельных жилищных отношений в Ханты-Мансийском автономном округе — Югре»

Чеченская

республика

Закон Чеченской Республики от 14.03.2007 г. № 10-РЗ «О порядке принятия на учет органами местного самоуправления граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма»

Республика

Адыгея

Закон Республики Адыгея от 20.01.2006 г. № 400 «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма»

В свою очередь, органы местного самоуправления не вправе самостоятельно принимать правовые акты, регламентирующие указанные вопросы, в связи с чем возникают пробелы в правовом регулировании возникающих правоотношений.

Детально рассмотрим действия, признаваемые намеренным ухудшением жилищных условий, предусмотренные в региональном законодательстве РФ.

Практика субъектов РФ

Анализ вышеуказанных правовых актов 15 субъектов РФ позволяет привести наиболее полный перечень тех действий, которые законодательно определены намеренным ухудшением жилищных условий:

  • изменение порядка пользования жилыми помещениями путем совершения сделок;

  • обмен жилыми помещениями;

  • невыполнение условий договоров о пользовании жилыми помещениями, повлекшее выселение граждан в судебном порядке;

  • изменение состава семьи, в том числе в результате расторжения брака;

  • вселение в жилое помещение иных лиц (за исключением вселения временных жильцов);

  • выдел доли собственниками жилых помещений;

  • отчуждение имеющегося в собственности граждан и членов их семей жилого помещения или частей жилого помещения.

Кроме того, в нескольких регионах помимо вышеуказанных действий намеренным ухудшением жилищных условий считается:

  • расторжение договора социального найма по инициативе гражданина

(Закон Санкт-Петербурга от 28.07.2004 г. № 409-61 «О содействии Санкт-Петербурга в улучшении жилищных условий граждан»);

  • регистрация по месту жительства, если до совершения данного действия гражданин не являлся нуждающимися в жилых помещениях

(Закон Псковской области от 10.07.2006 г. № 566-оз);

  • перевод пригодного для проживания жилого помещения (части жилого помещения) в нежилое;

  • изменение порядка пользования жилым помещением;

  • выход из жилищного, жилищно-строительного или иного специализированного потребительского кооператива с получением пая;

  • выселение гражданина по своей инициативе из жилого помещения, занимаемого им в качестве нанимателя (члена семьи нанимателя) жилого помещения по договору социального найма или собственника (члена семьи собственника) жилого помещения;

(Закон Краснодарского края от 29.12.2008 г. № 1655-КЗ «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях»).

В указанном выше примере вселение члена семьи, повлекшее уменьшение количества квадратных метров общей площади, приходящегося на одного человека, расценивается как намеренное ухудшение жилищных условий.

Но в то же время, как разъяснено Конституционным Судом РФ в Определении от 19.04.2007 г. № 258-О-О, по смыслу статьи 53 Жилищного кодекса РФ, которая сама по себе не может рассматриваться как нарушающая какие-либо права и свободы заявителя, и по смыслу соответствующих норм законодательства субъекта Российской Федерации ограничения в постановке граждан на учет нуждающихся в жилых помещениях должны считаться допустимыми лишь в том случае, если гражданами совершались умышленные действия с целью создания искусственного ухудшения жилищных условий, могущих привести к состоянию, требующему участия со стороны органов государственной власти и местного самоуправления в обеспечении их другим жильем.

Буквальное толкование данного разъяснения Конституционного Суда РФ может привести к применению статьи 53 Жилищного кодекса РФ только после вступившего в законную силу приговора суда, которым установлены вышеуказанные умышленные действия.

Кроме того, даже в указанном выше простом примере из практики может быть ряд исключений, когда то же вселение не может считаться намеренным ухудшением жилищных условий, и эти исключения опять же юридически закреплены в региональных правовых актах.

Так, согласно Закону г. Москвы от 14.06.2006 г. № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» вселение несовершеннолетних детей по месту жительства любого из родителей, а также вселение супруга (супруги), нетрудоспособных родителей, иных граждан в установленном порядке в жилые помещения в качестве членов семьи, если до вселения указанные лица были приняты на жилищный учет, не признаются действиями, повлекшими ухудшение жилищных условий.

Представляется необходимым при определении намеренности ухудшения жилищных условий также учитывать и объективные временные обстоятельства.

Так, в случае вселения и регистрации по месту жительства супруга (супруги) после заключения брака вопросов не возникает, но если указанные действия производятся по истечении нескольких лет семейной жизни, а затем гражданин сразу обращается в органы местного самоуправления по вопросу признания нуждающимся в улучшении жилищных условий, то следует учитывать и период времени с момента совершенных действий.

Помимо указанных выше, не могут считаться намеренным ухудшением жилищных условий следующие действия:

  • расторжение договора ренты по инициативе получателя ренты с возвратом жилого помещения получателю ренты;

  • признание сделки с жилым помещением недействительной в судебном порядке;

  • вселение нетрудоспособных родителей, если до вселения они:

— обладали по предыдущему месту жительства самостоятельным правом пользования жилым помещением, признанным в установленном порядке непригодным для постоянного проживания и ремонту или реконструкции не подлежащим;

— безвозмездно передали жилое помещение по предыдущему месту жительства органам государственной или муниципальной власти;

  • отказ от принятия дара одаряемым, отказ дарителя от исполнения договора дарения;

  • вселение временных жильцов (Закон Республики Карелия от 06.02.2006 г. № 958-ЗРК).

Однако, представляется, что утверждение в федеральном законе или Жилищном кодексе РФ закрытого перечня всех возможных действий граждан, которые на практике не должны расцениваться как намеренное ухудшение ими своих жилищных условий, не представляется возможным ввиду различных условий жизни граждан и своеобразия гражданско-правовых сделок. В каждом отдельно взятом случае решение о намеренности действий гражданина должно приниматься объективно с учетом оценки всех обстоятельств жилищных условий заявителя.

В судебной практике достаточно редко встречаются случаи признания факта намеренного ухудшения гражданами своих жилищных условий. Так, Военная коллегия Верховного суда РФ в определении от 11.11.2008 г. №6н-298/08 установила, что А. был включен в очередь на получение жилой площади на территории гарнизона Боровичи, 1 ноября 2000 года он приобрел в указанном населенном пункте на свои средства трехкомнатную квартиру, в которой впоследствии была зарегистрирована его мать и которую он 15 апреля 2005 года продал ей, а сам вместе с членами семьи (всего 3 человека), стал снимать по договору поднайма другое жилое помещение, будучи зарегистрированным с членами семьи в проданной квартире, а 10 сентября 2007 года обоснованно исключен из очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Результаты анализа позволяют сделать вывод о том, что в большинстве субъектов РФ аналогичные указанным выше правовые акты отсутствуют, органы местного самоуправления фактически вынуждены руководствоваться только диспозицией статьи 53 Жилищного кодекса РФ и документами, предоставленными заявителем.

Для установления факта намеренного ухудшения жилищных условий уполномоченный орган местного самоуправления проверяет предоставленные документы и при необходимости направляет в организации и учреждения соответствующие запросы.

В свою очередь, сбор дополнительных документов должен быть осуществлен в пределах срока рассмотрения заявления гражданина о принятии на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, предоставляемого по договору социального найма, как правило, в течение 30 дней.

При анализе вышеуказанных правовых актов выявлена весьма спорная норма права, установленная Законом ХМАО — Югры от 06.07.2005 г. № 57-оз «О регулировании отдельных жилищных отношений в Ханты-Мансийском автономном округе — Югре»: «В случаях, если гражданин в течение десяти лет, предшествующих предоставлению ему специализированного жилого помещения, ухудшил свои жилищные условия путем продажи, дарения или отчуждения иным способом жилого помещения, принадлежащего ему на праве собственности, жилое помещение предоставляется данному гражданину и членам его семьи в размере нормы предоставления жилого помещения за минусом общей площади отчужденного жилого помещения».

Вместе с тем действующим законодательством РФ не предусмотрено применение нормы о намеренности ухудшения жилищных условий при предоставлении жилого помещения, а равно и об уменьшении общей площади предоставляемого жилого помещения.

Изложенное позволяет сделать вывод, что органы государственной власти субъектов РФ вправе утверждать перечни действий, являющихся (не являющихся) намеренным ухудшением жилищных условий, в рамках применения статьи 53 Жилищного кодекса РФ, но не наделены правом распространять положения указанной статьи Жилищного кодекса РФ на отношения, не связанные с учетом граждан, нуждающихся улучшении жилищных условий.

Представляется, что в тех субъектах РФ, где вышеуказанные перечни действий до настоящего времени не утверждены, необходимо направление в представительные органы власти предложений и проектов соответствующего нормативно-правового акта.

В свою очередь, Закон Волгоградской области от 01.12.2005 г. № 1125-ОД «О порядке ведения органами местного самоуправления учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма в Волгоградской области» содержит только бланкетную норму: «Граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, совершили действия, приведшие к ухудшению жилищных условий, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных действий, приведших к ухудшению жилищных условий» (статья 14).

С учетом вышеизложенного анализа регионального законодательства в целях законодательного установления перечня действий, являющихся намеренным ухудшением жилищных условий, устранения пробела в применении нормы права в Волгоградскую городскую Думу будет направлен соответствующий проект нормативно-правового акта для внесения его в порядке законодательной инициативы в Волгоградскую областную Думу.

Ухудшение жилищных условий может выражаться в различных формах и действиях, но главное и основное доказательство состоит в том, что между действиями гражданина и целью таких действий — постановке на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении — должна быть установлена прямая причинная связь.

Косвенные обстоятельства и догадки без документального подтверждения не могут расцениваться как намеренность и не должны быть препятствием для постановки граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Практика показывает, что в большинстве случаев в действиях граждан, совершивших ухудшение своих жилищных условий, нет намеренности на создание искусственного ухудшения жилищных условий с целью постановки на учет.

Так, гражданин может до обращения в органы местного самоуправления совершить действия, которые являются намеренным ухудшением жилищных условий и утверждены в качестве таковых нормативно-правовым актом субъекта РФ, но указанные действия совершены им не для постановки на учет, обеспечения жильем, а в рамках свободы договора, и, следовательно, статья 53 Жилищного кодекса не будет подлежать применению.

По результатам проведенного исследования полагаем необходимым внести дополнения в статью 53 Жилищного кодекса РФ, законодательно установив следующий перечень действий, определяемых как намеренное ухудшение жилищных условий:

  • изменение порядка пользования жилым помещением путем совершения сделок;

  • обмен жилыми помещениями;

  • невыполнение условий договора о пользовании жилым помещением, повлекшее выселение граждан в судебном порядке;

  • вселение в жилое помещение лиц, не являющихся членами семьи нанимателя (за исключением вселения временных жильцов);

  • выдел доли собственником жилого помещения;

  • отчуждение принадлежащего на праве собственности гражданину жилого помещения или части жилого помещения.

Кроме того, в ЖК РФ, следует детально конкретизировать само понятие

«намеренное ухудшение жилищных условий» — умышленные действия, влекущие уменьшение размера учетной нормы жилой площади, приходящейся на каждого члена семьи, в результате которых гражданине, их совершившие, могут быть признанными нуждающимися в улучшении жилищных условий. Последствия для лиц, намеренно ухудшивших свои жилищные условия, следует рассматривать в качестве жилищно-правовой санкцией, наряду с выселением с предоставлением другого жилого помещения и выселением без предоставления другого жилого помещения.

Хотелось бы отметить, что попытки внесения изменений в ст. 53 ЖК РФ уже предпринимались. Так, Московская областная дума разработала законопроект1, регламентирующий перечень действий, которые, наоборот, не следует относить к намеренному ухудшению жилищных условий:

«1) вселение в жилое помещение супруга (супруги), несовершеннолетних детей;

2) расторжение договора ренты по инициативе получателя ренты с возвратом жилого помещения получателю ренты;

3) признание сделки с жилым помещением недействительной в судебном порядке;

4) вселение в жилое помещение нетрудоспособных родителей, если до вселения они:

а) обладали по предыдущему месту самостоятельным правом пользования жилым помещением, признанным в установленном порядке непригодным для постоянного проживания и ремонту или реконструкции не подлежащим;

б) безвозмездно передали жилое помещение по предыдущему месту жительства органам государственной власти или органам местного самоуправления».

В то же время, учитывая, что жилищное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и органов государственной власти субъекта РФ и утверждение закрытого перечня всех возможных действий граждан, которые на практике не должны расцениваться как намеренное ухудшение ими своих жилищных условий, не представляется возможным, органы государственной власти субъектов РФ должны самостоятельно принимать нормативно-правовые акты, детально регулирующие данные правоотношения.

Утверждение нормативными актами действий, расценивающихся как намеренное ухудшение жилищных условий, и тех действий, которые таковыми не являются, будет способствовать исключению возможности произвольного толкования нормы статьи 53 Жилищного кодекса РФ, устанавливающей последствия намеренного ухудшения гражданами своих жилищных условий, неукоснительному и однозначному применению жилищного законодательства.