Взыскание неустойки при одностороннем расторжении договора

Верховный Суд вынес определение № 305-ЭС19-16367, в котором рассмотрел вопрос о том, при каких обстоятельствах недопустимо взыскивать договорную неустойку и проценты за пользование чужими денежными средствами одновременно.

В ноябре–декабре 2015 г. ООО «Геоинжиниринг» (подрядчик) и ООО «ДальТехПром» (генподрядчик) заключили несколько договоров субподряда на выполнение инженерных изысканий. В конце декабря стороны подписали акты сдачи-приемки работ, в которых генподрядчик подтвердил надлежащее качество и объем работ.

Однако в мае 2016 г. генподрядчик отказался оплачивать работы и уведомил контрагента об одностороннем отказе от исполнения договоров. Компания основывалась на том, что «Геоинжиниринг» должно было передать результаты работ до конца 2015 г., но на момент отказа от исполнения обязательства «ДальТехПром» не получило технические отчеты о проведении инженерных изысканий с реестром переданной проектной документации.

Подрядчик обратился в Арбитражный суд Иркутской области, который согласился с необходимостью оплаты выполненных работ и взыскал с генподрядчика 2 млн руб. (решение по делу № А19-15089/2016 устояло во всех инстанциях). Однако ответчик не исполнил указанное решение добровольно, подрядчику удалось получить только часть суммы в результате произведенного ФССП безакцептного списания со счета «ДальТехПром».

Ссылаясь на неисполнение генподрядчиком договорных обязательств, компания «Геоинжиниринг» еще раз обратилась в арбитражный суд, на этот раз истец просил АС Московской области взыскать неустойку и проценты за пользование чужими денежными средствами.

Первая инстанция учла положения ст. 309, 310, 330, 395, 421, 425 Гражданского кодекса, разъяснения, содержащиеся в п. 37, 48, 66, 71 Постановления Пленума ВС от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», и удовлетворила иск в полном объеме на сумму более 380 тыс. руб. Апелляция и первая кассация не нашли оснований для отмены решения. В связи с этим генподрядчик подал жалобу в Верховный Суд.

Изучив дело №А41-76713/2018, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС прежде всего отметила, что Законом от 8 марта 2015 г. № 42-ФЗ в ст. 395 ГК включен п. 4, вступивший в силу с 1 июня 2015 г. Им предусмотрено, что в случае, когда соглашением сторон установлена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, предусмотренные данной статьей проценты не подлежат взысканию, если иное не предусмотрено законом или договором. При этом редакция ст. 395 ГК, действовавшая до вступления этих изменений в силу 1 июня 2015 г., не содержала запрета на взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами в том случае, если соглашением сторон предусмотрена неустойка за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства. ВС пришел к выводу, что к правоотношениям сторон по данному спору применяются положения ГК в редакции упомянутого закона, поскольку договоры субподряда были заключены в ноябре–декабре 2015 г.

Суд отметил, что согласно п. 42 Постановления № 7 проценты за пользование чужими денежными средствами не начисляются, если законом или соглашением сторон установлена зачетная неустойка, при которой убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой (п. 1 ст. 394 ГК РФ). В таком случае взысканию подлежит законная или договорная неустойка, а не проценты, предусмотренные ст. 395 ГК, о чем прямо сказано в п. 4 этой статьи, подчеркнула Коллегия по экономическим спорам.

Как указано в определении ВС, в каждом из спорных соглашений установлено, что за просрочку оплаты принятых результатов работ на срок не более 30 дней генподрядчик выплачивает неустойку в размере 0,01% от своевременно не уплаченной суммы за каждый день просрочки, после 30 дней этот процент возрастает до 0,05%. При этом общая сумма неустойки за весь период просрочки не может превышать 10% от своевременно не уплаченной суммы.

ВС заметил, что, предъявляя требование о взыскании неустойки за период с 28 февраля 2016 г. по 24 мая 2016 г. и процентов за пользование чужими денежными средствами за время с 25 мая 2016 г. по 12 ноября 2018 г., «Геоинжиниринг» сослалось на наличие у него права на начисление процентов в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК ввиду одностороннего расторжения договоров уведомлением генподрядчика от 24 мая 2016 г.

Ответчик настаивал на том, что в данном случае нет оснований для начисления процентов по ст. 395 ГК, поскольку он отказался от исполнения договора и уведомил об этом своего контрагента. Однако три инстанции посчитали, что разъяснения, содержащиеся в п. 68 Постановления № 7, не распространяются на правоотношения, возникающие при расторжении договора в одностороннем порядке, и не исключают возможности кредитора взыскать с должника проценты за пользование чужими денежными средствами после одностороннего расторжения им договора.

Суд указал, что, как разъяснено в п. 68 Постановления Пленума № 7, окончание срока действия договора не влечет прекращения всех обязательств по нему, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором. Однако в данном случае истец ссылался на одностороннее расторжение договоров, а не на окончание срока их действия, подчеркнула Экономколлегия.

При этом п. 13 Постановления Пленума ВС от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ об обязательствах и их исполнении» говорит, что в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным, напомнил Суд.

В силу п. 2 ст. 453 ГК в редакции Закона от 8 марта 2015 г. № 42-ФЗ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. В спорных договорах субподряда предусмотрено, что с даты получения подрядчиком уведомления о полном или частичном отказе от договора либо с более поздней даты, указанной в уведомлении как дата расторжения, договор считается соответственно измененным или расторгнутым.

Изложенные в п. 10 Постановления Пленума ВАС «О последствиях расторжения договора» от 6 июня 2014 г. № 35 разъяснения прямо предусматривают возможность взыскания неустойки по день фактической оплаты долга даже в случае расторжения договора, добавил ВС. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства.

Судебная коллегия также обратила внимание на п. 66 Постановления Пленума от 24 марта 2016 г. № 7, согласно которому, по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (п. 4 ст. 329 ГК РФ). Если же при расторжении договора основное обязательство не прекращено, то по смыслу приведенного разъяснения неустойка за его неисполнение (ненадлежащее исполнение) продолжает начисляться, отметил ВС. В настоящем деле, по мнению судебной коллегии, обязательство оплатить выполненные работы в момент расторжения договора прекращено не было.

С учетом сказанного Верховный Суд пришел к выводу, что в рассматриваемом споре с ответчика можно взыскать только договорную неустойку, поскольку условие о неустойке содержится в договорах, однако отсутствует указание на взыскание помимо такой зачетной неустойки процентов по ст. 395 ГК. Акты нижестоящих инстанций были отменены, а дело – направлено на новое рассмотрение в АС Московской области.

Старший партнер, руководитель группы практик «Разрешение споров» юридической фирмы INTELLECT Роман Речкин полагает, что в данном случае ВС абсолютно правильно отменил откровенно ошибочные судебные акты.

Эксперт отметил, что п. 4 ст. 395 ГК с 1 июня 2015 г. установил четкое правило о том, что если стороны согласовали договорную неустойку, то проценты по ст. 395 ГК РФ взыскиваться не могут. «Казалось бы, это должно исключить любые споры, но судьи «теряются», когда договор, которым установлено условие о неустойке, прекращается. В этом случае, по мнению некоторых судей, правило п. 4 ст. 395 ГК РФ не должно применяться, поскольку нет действующего договора», – рассказал Роман Речкин.

По его словам, ситуация осложняется тем, что договор может прекратиться как вследствие его расторжения судом, так и в результате одностороннего отказа. «В итоге единообразная судебная практика по подобным ситуациям отсутствует. Например, в рамках дела № А60-37555/2018 суды трех инстанций согласились с тем, что истец (поставщик) вправе после прекращения договора поставки, содержащего условие о неустойке, выбрать, взыскивать ли ему проценты по ст. 395 ГК РФ или договорную неустойку. Арбитражные суды, включая АС Уральского округа, не смутило то, что истец взыскивает проценты по ст. 395 ГК РФ за просрочку оплаты товара, поставленного в период действия договора, то есть за неисполнение договорного обязательства, которое после прекращения действия договора очевидно продолжает существовать», – указал эксперт.

Роман Речкин с сожалением отметил, что исправление судебной коллегией Верховного Суда ошибок нижестоящих инстанций в рассматриваемом деле на судебную практику в целом никак не повлияет. «ВС не имеет никаких механизмов обеспечения единообразия судебной практики, да и цели такой, как мне кажется, перед собой не ставит. Несмотря на наличие разъяснений в указанных постановлениях Пленумов ВАС РФ и ВС РФ, в других делах суды по-прежнему будут толковать закон в подобных ситуациях так, как им вздумается», – заключил юрист.

Адвокат АП Воронежской области Олеся Алимкина указала, что спор по данному делу касался не столько возможности начисления на одну и ту же сумму долга и договорной неустойки, и процентов по ст. 395 ГК РФ, сколько вопроса о последствиях расторжения договора: продолжает ли в этом случае действовать условие о договорной неустойке или же оно прекращает свое действие одновременно с прекращением договора.

Как отметила адвокат, Верховный Суд еще раз подчеркнул, что при наличии задолженности по оплате исполненного по договору договорное условие о неустойке продолжает свое действие даже после расторжения договора в одностороннем порядке. «Понятно, что подрядчику обидно: контрагент отказывается погашать достаточно солидную задолженность, а размер договорной неустойки ничтожен. Но о защите своих прав необходимо было позаботиться при заключении договора субподряда», – полагает Олеся Алимкина.

Арбитражный суд Челябинской области
Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-35399/2018
г. Челябинск
26 февраля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 февраля 2019 годаПолный текст решения изготовлен 26 февраля 2019 года
Судья Арбитражного суда Челябинской области Вишневская А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Иргалиной Р.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску открытого акционерного общества «МРСК Урала», ОГРН 1056604000970, к ООО «Городские очистные сооружения», ОГРН 1077401000467, о взыскании 17 218 руб. 97 коп.
УСТАНОВИЛ:

ОАО «МРСК Урала» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ООО «Городские очистные сооружения» (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору № 2238 от 24.07.2018 в размере 839 936 руб. 49 коп., за период с июля 2018 по август 2018, пени за период 21.08.2018 по 27.09.2018 в размере 4 687 руб. 97 коп., законную неустойку с 28.09.2018 по день фактической оплаты основного долга 839 936 руб. 70 коп., до момента фактического исполнения обязательств
(л.д. 3-4).
Исковые требования основаны на ст.ст. 307, 309, 310, 317.1, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.11.2018 рассмотрение искового заявления назначено по общим правилам. Предварительное судебное заседание назначено на 10.12.2018 на 09 час. 50 мин. (л.д. 1-2).
В ходе судебного разбирательства истец заявил об уменьшении размера исковых требований до 542 636 руб. 70 коп., указанное ходатайство принято судом в соответствии со ст.49 АПК РФ.
В ходе рассмотрения дела истец отказался от взыскания задолженности по договору № 2238 от 24.07.2018 в размере 542 636 руб. 70 коп., за период с 01.07.2018 по 31.08.2018, (л.д.68).
В соответствии с ч.2 ст.49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.
Заявление об отказе от одного из двух заявленных требований суд квалифицирует как частичный отказ от иска.
Полномочие на отказ от иска является специальным, подлежащим указанию в доверенности, выданной представляемым лицом.
Ходатайство истца о частичном отказе от иска подписано представителем истца Шиловой А.М. по доверенности 24.07.2018 № ЧЭ-511 (л.д. 74).
Поскольку мотивы отказа от иска не противоречат действующему законодательству, не нарушают права и интересы третьих лиц, отказ от иска принимается судом в соответствии с ч.2 ст. 49 АПК РФ.
Производство по делу в указанной части подлежит прекращению на основании п.4 ч.1 ст.150 АПК РФ.
С учетом отказа от части требований суд рассматривает исковые требования о взыскании неустойки в размере 17 218 руб. 97 коп., начисленную по договору № 2238 от 24.07.2018 за период с 21.08.2018 по 08.11.2018, (л.д.68).
В судебном заседании 12.02.2019 судом был объявлен перерыв до 19.02.2015 до 09 час. 45 минут.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области.(л.д. 80-81).
После объявленного судом перерыва, стороны в судебное заседание не явились, об арбитражном процессе по делу, а также о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии с ч. 1 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (л.д. 76-77). Дело рассмотрено в их отсутствие по правилам ч. 3 ст. 156 АПК РФ.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в силу следующего.
Как следует из материалов дела, между ООО «Городские очистные сооружения» (ответчик) и обществом «МРСК Урала» (истец) заключен договор энергоснабжения № 2238, по условиям которого гарантирующий поставщик обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также самостоятельно и (или) через привлеченных третьих лиц (Сетевые организации) оказывать потребителю услуги по передачи электрической энергии и иные услуги, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергией, а Потребитель обязуется оплатить приобретаемую электрическую энергию и услуги по передаче электрической энергии, а также иные услуги, в порядке, количестве (объеме) и сроки, предусмотренные настоящим договором.
Расчетным периодом является один календарный месяц (п. 5.1 договоров).
Оплата электрической энергии (мощности) производится Потребителем платежными поручениями и состоит из платежей текущего периода и платежа по окончательному расчету, который производится в следующем расчетном периоде (п. 5.3 договоров).
Оплата платежей текущего периода производится:
-30% стоимости электрической энергии (мощности) определенной по п. 5.4.1.1, вносится до 10-го числа этого месяца;
-40% стоимости электрической энергии (мощности) по п. 5.4.1.1, вносится до 25-го числа этого месяца (п. 5.4.1 договоров).
Согласно п. 5.4.2 договоров оплата платежа по окончательному расчету за фактически поставленную электрическую энергию (мощность) с учетом произведенных платежей текущего периода соответствующего расчетного периода (п. 5.4.1) производится не позднее 18 числа месяца, следующего за расчетным.
Договор вступает в силу с момента заключения, распространяет свое действие на отношения сторон, возникшие с 01.07.2018 и действует по 31.12.2018 (п. 8.1 договоров).
Истцом в адрес ответчика выставлена счет-фактура от 31.07.2018, 31.08.2018 (л.д.26,29).
Ответчик направил в адрес истца претензию от 31.08.2018 № 30-6/218, по объему оказанных услуг, в которых указал на необходимость оплаты задолженности за июль- август 2018 года (л.д. 11).
Из содержания искового заявления следует, что ответчик допустил нарушение договорных обязательств по оплате электрической энергии. Истец, полагая, что ответчик ненадлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства, просит взыскать неустойку в размере 17 218 руб. 97 коп., за период с 21.08.2018 по 21.11.2018 по договору № 2238.
В связи с указанными обстоятельствами, истец обратился в суд с настоящим иском. Истцом соблюден обязательный досудебный порядок урегулирования спора (ч.5 ст. 4 АПК РФ).
После подачи иска и принятия дела к производству суда задолженность ответчика полностью погашена (ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации), что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями и актом зачета (л.д. 72-73).
В связи с полным погашением ответчиком задолженности оснований для взыскания суммы основного долга не имеется.
В связи с тем, что ответчик обязанность по оплате задолженности за электрическую энергию в установленные договором сроки не исполнил, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за период с неустойку в размере 17 218 руб. 97 коп., за период с 21.08.2018 по 21.11.2018 по договору № 2238.
В силу п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.
В соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Согласно п. 1 ст. 332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.
Судом расчет проверен и признан верным. Ответчиком арифметических возражений не заявлено.
При таких обстоятельствах, исковые требования в указанной части являются обоснованными.
В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 N 424-0-0 и от 26.05.2011 N 683-0-0 указано, что п. 1 ст. 333 ГК РФ закрепляет право суда уменьшить размер подлежащей уплате неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением статьи 16 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
В соответствии с правовой позицией ВАС РФ, изложенной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 № 11680/10, учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Снижение неустойки судом возможно только в одном случае — в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 ст. 1 ГК РФ) (п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).
Применение такой меры как взыскание законной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.
В соответствии с п. 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, ч. 1 ст. 65 АПК РФ).
При этом, заявления о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед
другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, неисполнения обязательств контрагентами, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.
В силу ст. 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика в силу ст. 65 АПК РФ.
Поскольку ответчиком в материалы дела не представлены доказательства явной несоразмерности начисленной кредитором неустойки последствиям нарушения обязательства, а также обстоятельства, указанные в ходатайстве о снижении неустойки, связанные с неисполнением обязательств контрагентами ответчика, и тяжелым финансовым положением ответчика не могут рассматриваться в качестве оснований для уменьшения неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ. Следовательно, не имеется каких-либо оснований для уменьшения такой неустойки.
Установление законодателем законной неустойки в п. 2 ст. 26 ФЗ «Об электроэнергетике», имеет своей целью обеспечение надлежащего исполнения субъектами электроэнергетики принятых на себя обязательств и устанавливающего ответственность за их ненадлежащее исполнение, что, в свою очередь, не противоречит положениям ГК РФ.
Соответственно в момент принятия Федерального закона от 03.11.2015 № 307-Ф3 законодатель установил экономически обоснованный размер ставки пени, который является экономически обоснованным, поскольку размер ставки дифференцирован для каждой категории, и учитывающий экономическое интересы и положение потребителей услуг по передаче электрической энергии.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства свидетельствует о выполнении законной неустойкой в данном случае своих функций и как способа обеспечения исполнения обязательства, и как меры гражданско- правовой ответственности, что само по себе (без обоснования ссылками на конкретные фактические обстоятельства последствий неисполнения обязательства) не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулируя должника к правомерному поведению.
Следовательно, законодатель при установлении пени в абз. 5 п. 2 ст. 26 ФЗ-35, в редакции Ф3-307 от 03.11.2015 установил экономически обоснованный размер ставки пени за каждый день просрочки, учитывающий интересы как потребителей энергетических ресурсов, допускающих просрочку исполнения обязательства, так сетевых организаций, претерпевающих финансовые убытки в связи с просрочкой оплаты оказанных услуг.
Уменьшение неустойки судом с экономической точки зрения позволит должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица, не занимающегося кредитованием на профессиональной основе, а являющегося хозяйствующим субъектом в области электроэнергетики, что не отвечает требованиям соблюдения баланса интересов участников рассматриваемых отношений и в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам, вызывать крайне негативные макроэкономические последствия. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.
Государственная пошлина при обращении с исковым заявлением в суд подлежит уплате в соответствии со ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации с учетом ст. ст. 333.21, 333.22, 333.41 НК РФ.
Истцом при подаче искового заявления оплачена государственная пошлина в размере 19 892 руб. по платежному поручению от 12.10.2018 № 33163 (л.д. 5).
В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.
Как следует из пункта 3 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, не подлежит возврату уплаченная государственная пошлина при добровольном удовлетворении ответчиком требований истца после обращения истца в арбитражный суд и вынесения определения о принятии искового заявления к производству.
Пленум Верховного Суда РФ в п. 26 Постановления № 1 от 21.01.2016 разъяснил, что при прекращении производства по делу ввиду отказа истца от иска в связи с добровольным удовлетворением его требований ответчиком после обращения истца в суд судебные издержки взыскиваются с ответчика (часть 1 статьи 101 ГПК РФ, часть 1 статьи 113 КАС РФ, статья 110 АПК РФ). При этом следует иметь в виду, что отказ от иска является правом, а не обязанностью истца, поэтому возмещение судебных издержек истцу при указанных обстоятельствах не может быть поставлено в зависимость от заявления им отказа от иска. Следовательно, в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика.
При указанных обстоятельствах, на основании изложенных норм права, с учетом результатов рассмотрения дела, государственная пошлина в размере 19 892 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца по правилам 4.1 ст. 110 АПК РФ.
Руководствуясь ст. ст. 110, 156, 167-170, ч.1 ст. 171, ст. 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Принять частичный отказ истца от иска в части взыскания суммы основного долга в размере 542 636 руб. 70 коп., производство по делу в указанной части — прекратить.
Удовлетворить исковые требования.
Взыскать с ответчика, ОАО «Городские очистные сооружения», в пользу истца, ОАО «МРСК Урала», неустойку в размере 17 218 руб. 97 коп., а также судебные расходы по уплате суммы государственной пошлины в размере 19892 руб.
Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.
В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 180 АПК РФ).
Настоящее решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Челябинской области.
Судья А.А. Вишневская
Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить соответственно на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru

Суд:

АС Челябинской области

Истцы:

ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»

Ответчики:

ООО «Городские очистные сооружения»

Судебная практика по:

Уменьшение неустойки
Судебная практика по применению нормы ст. 333 ГК РФ